Там домашние котлетки, мам, – муж ловко переводит тему, а я выдыхаю.

– Прям такие уж и домашние?

– Клянусь. Ольга все утро лепила и меня на кухню не пускала.

Прыскаю от смеха и прикрываю рот рукой. Ненормальный муж.

Свекровь критически обводит стол своим взглядом. Стою и боюсь дышать. Все слов ее жду, реакции. Главное, чтобы губы не поджимала.

– Пахнет и прям вкусно, – говорит спустя минуту."

"Максим бросает на меня взгляд, а я вижу, что он ухмыляется. Ему, такое ощущение, нравится, что сейчас происходит.

– Я старалась, – скомкано и тихо отвечаю.

Мы садимся за стол одновременно. Коротко смотрю на часы, мысленно молюсь, чтобы этот ужин не был долгим. В таком напряжении больше часа не высижу.

– Значит, вы уже и живете вместе? – строго спрашивает свекровь.

А я будто вернулась на несколько лет назад, когда мы также сидели за столом и обсуждали нашу дальнейшую жизнь и свадьбу. Только со мной по обе стороны были мои родители, а сейчас прятаться за их спинами как-то и не по возрасту уже.

– Угу, – Макс уплетает котлеты за обе щеки. Я же весь день его не кормила. Проголодался, бедненький.

– И какие планы на будущее?

– Отдохнуть надо съездить, – без промедления отвечает муж.

Моя вилка падает со стола, и я как ужаленная наступаю. Не хватало, чтобы еще женщина к нам пришла. Макс все замечает и закатывает глаза.

– Отдых это замечательно, но я не про это, сын.

– А про остальное вы обязательно узнаете, мама, – перебивает Кречетов. Да так, что и продолжать не хочется.

Надеюсь, Елизавета Павловна не заметила мою улыбку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍За оставшийся вечер мы больше не поднимаем тему наших с Максом отношений, да и вообще нас. Говорим на отвлеченные темы и даже, о боже, спорим.

Я запереживала, когда мама с сыном зацепились за какую-то деталь и почти на повышенных тонах доказывали свою точку зрения.

Но при взгляде на Виктора Ивановича понимаю, это нормально.

Родители уходят не через час, а аж через три. С улыбками на лицах.

От сердца отлегло. У меня получилось сделать этот вечер. Как будто положила последний паззл в картину. Теперь она выстроилась целиком. А это непередаваемое наслаждение. Осталось выбрать рамку.

– Ты не обязана все это делать, Оль, – поворачиваясь ко мне, муж медленно идет от двери ко мне и заключает в объятия.

– Знаю. И готова на один вечер в месяц. Больше я не вынесу. Кем раньше работала твоя мама, я забыла?

– В институте преподавала.

– Так и знала. У нее взгляд такой… учительский, строгий.

– На следующей неделе твои приходят? – теперь напрягается Макс.