Правда, как узнали, что этот дом принадлежит Динару, напрочь отказались уезжать и вовсе перестали спрашивать, когда же мы вернемся. Им все нипочем, лишь бы папа был здоров и рядом.

Как только Динар появляется в поле видимости, подходя ближе к беседке и беря мальчиков за руки, делаю вид, что увлечена чем-то на планшете. Тем более что я действительно увлечена — работой. По крайней мере, пока Динар не пришел, я думала над тем, что могла бы сделать для развития отцовской компании. Никогда прежде она меня не интересовала, потому что я была уверена, что отец не подпустит меня к своему детищу и отдаст его кому угодно, но не мне.

Реальность же оказалась совсем не такой, какой я себе ее представляла. Я теперь напрямую в бизнесе отца, переживаю, думаю, отвечаю за него. Малейшая ошибка — и все рухнет, а у меня растут два сына, которым уж точно бы не помешала компания дедушки в качестве наследства.

— Ну, что, хулиганы, слушали маму?

Как-то у Динара так легко получается ладить с сыновьями, что я непроизвольно завидую. Он не был особо хорошим отцом, но все же сумел удержать их любовь. Что бы он ни сказал и ни сделал, они непременно тянутся к нему и едва ли в рот не заглядывают, стоит ему лишь заговорить.

— Слушали-слушали, — отвечают как-то слишком легко, а ведь я совсем не учила их врать. Только говорить правду, даже если она может не понравиться другому. Удивительно, но оба решили придерживаться одной тактики, словно невербально договорившись. Впрочем… о чем это я? Да они наверняка так и сделали, чтобы не дать мне и шанса опровергнуть их слова. Хоть я и понимаю, что это, наверное, не очень хорошо, все равно улыбаюсь и хвалю их.

* * *— А папу слушать будете? — спрашивает Динар, протянув руки к детям, но тут же, словно вспомнив, что на руки их брать нельзя из-за травмы, переводит руки на головы мальчиком, трепя их по волосам.

Ему тяжело. Сильному мужчине, который раньше мог двоих детей поднять на руки, не так-то просто сейчас смириться с тем, что он больше не может этого сделать. И дети тоже разочарованы. Я вижу их недовольные моськи и хмурюсь. Только же говорила, что Динару нельзя будет какое-то время брать их на руки. Они все уши мне прожужжали о том, что когда вернется папа, будет как и прежде катать их на себе и мне пришлось сказать, что как прежде уже не получится. Ни покатать их на руках, ни жить, как полноценная семья. Ни-че-го из этого нам больше недоступно."

"Сглотнув, забираю отодвинутый в сторону планшет и поднимаюсь. Надо подумать, куда ехать. Снимать временное жилье я не хочу по той причине, что Наде трудно привыкать к новому жилью, хоть и здесь, к моему удивлению, она даже не закатила истерику, но тогда я списала это на стресс, а теперь приходится задуматься.