Понятно, документов нет. Понял! Как фамилия старшего группы? – Это он уже у старшины спрашивает.

– Старшина Дахно.

Комвзвода повторил по телефону фамилию.

– Да, понял, подожду.

Минут через десять телефон зазвонил.

– Слушаюсь. Да, да, хорошо, проводим.

Группе вернули оружие и дали провожатого, усатого сержанта лет сорока. Дали не для конвоирования, а для того, чтобы через свои позиции провел.

Они петляли по траншеям с четверть часа, потом свернули в тыл.

– Прямечко по дороге, товарищи разведчики, упретесь в красного кирпича дом – там штаб полка.

– Спасибо, боец!

Дальше уже было проще. В штабе дали «полуторку» и довезли до штаба дивизии.

Старшина ушел к начальнику разведки с докладом о поиске, а вернулся с лейтенантом и автоматчиком. У старлея отобрали карабин и увели за штаб – там стояла изба, в которой располагался СМЕРШ.

– Жалко мужика, – не сдержался Андреев."

"– Разберутся, не звери. Я еще рапорт писать буду. Начальник разведки «сидор» со стекляшкой распорядился в сарай унести, как услышал, что огнеопасный он – побоялся штаб спалить. Говорит – в штаб армии отправят, выяснить надо, что это такое. Свободны, отдыхайте.

Самые желанные сейчас слова. Ввалиться в свою землянку, снять с себя волглое обмундирование, сапоги – и спать, спать! Изнутри шел озноб – ведь почти непрерывно под дождем да по реке туда и обратно. А вода тепло забирает, как бы не простудиться.

Как только они зашли в землянку, Андреев предложил:

– Давайте выпьем, замерз я что-то.

У ефрейтора была заначка – трофейный ром. Он выпили по половине кружки, да без закуски. Тепло из желудка распространилось по всему телу, голова поплыла.

После дождей в землянке было сыро и пахло плесенью.

Игорь разделся, нырнул под одеяло, на нары, и провалился в глубокий сон. Как ходили и разговаривали разведчики из его отделения, он не слышал.

Растолкали его уже вечером:

– Хорош дрыхнуть, ужинать пора. Мы тебе каши принесли в котелке и чаю.

После рейда ощущался голод, и Игорь съел все. По соседству стучал ложкой Андреев.

После завтрака Игорь переоделся в сухие кальсоны – трусов в армии тогда не было, и повесил обмундирование сушиться на веревке перед землянкой. Это надо было сделать, но сил не было.

Сразу после возвращения ни Игоря, ни Андреева не трогали, однако утром, после завтрака, их вызвали в штаб. Обоих усадили за стол, дали бумагу и ручки.

– Подробно все описывайте. А ты, Катков, про маскарад с немецкой формой и про пленного старлея поподробнее напиши. От того, что вы напишете, судьба его зависит, для СМЕРШа надо. Либо в войска его вернут, либо в лагерь отправят – как труса и изменника.

Игорь о СМЕРШе и НКВД наслышан был, но сам с этими органами еще не сталкивался.

Андреев эпистолярным жанром владел плохо.