Дым поднялся на несколько сотен метров в небо, а вокруг столпился народ, наблюдая, как пожарные пытаются погасить разбушевавшийся огонь, чтобы он не перекинулся на соседние дома. Середина второго этажа уничтожена, а вот боковые стены отчего-то целы, но вскоре и от них останется лишь труха и пепел.

– И кому это надо? – шепчутся соседи, пока я пробираюсь вперед, чувствуя, как мне буквально физически становится плохо от вида пылающего огнем дома.

– Дина, ты пришла. Боже, какая трагедия. Неужели ты забыла газ выключить? Такой взрыв произошел, я подумала, бомбу сбросили.

– Н-нет, я всё перекрыла, – шепчу я, а сама судорожно пытаюсь вспомнить, точно ли я всё сделала перед уходом.

Вот только воспоминания ведь не лгут, и я точно помню, как выключила газ и все электроприборы.

Люди вокруг шумят и строят теории, а я молча со слезами на глазах наблюдаю за тем, как догорает мой кров, с которым я сроднилась.

В какой-то момент кто-то касается моего плеча, и я словно зомби медленно поднимаю голову и в ступоре не сразу узнаю Герасима.

– Ты? – выдыхаю я и растерянно смотрю ему за спину, но он один. – Тебе Кеша сказал?

– Он за городом, поэтому попросил меня приехать, узнать, в чем дело. Толком ничего не объяснил.

– Мой дом горит, – потерянно говорю я и оглядываюсь по сторонам. – Мне кажется, надо поговорить с полицией, а я не собраться с мыслями и смотрю на огонь.

Я вдруг всхлипываю, не в силах держать в себе слезы. Пожар и разрушение моего дома становятся для моей нервной системы последней каплей, и я больше не могу всё держать в себе.

Герасим неожиданно прижимает меня к себе, и я обнимаю его за талию, утыкаясь лицом в его грудную клетку. Становится легче, что я позволяю себе отпустить себя. И приятно, что мужчина, который ухаживает за мной, протягивает руку помощи приезжает по первому зову, при том, что я ему даже не звонила.

Мое тело дрожит, но, проплакавшись, я слегка отстраняюсь, и мне даже становится неловко, что я позволила себе слезы.

– Всё хорошо, Дина. Ты постой в сторонке, я всё решу и разузнаю.

Я не отказываюсь от его помощи, и вскоре он оставляет меня на попечение соседки Оли, которая сама встревожена происходящим и переживает, спрашивая меня о том, есть ли с дочерью где пожить. Даже предлагает свой дом для временного проживания, и я едва заметно улыбаюсь, чувствуя благодарность, что мир не без добрых людей.

– Спасибо, Оль, но мы у брата поживем. Даже не представляю, что теперь делать.

Я растеряна, ведь с такими проблемами сталкиваюсь впервые в жизни. Благо, что в средствах я не стеснена, особенно после удачного развода, так что думать о том, на что нам с дочерью жить, не приходится. Жаль, конечно, сгоревшие вещи, но документы я забрала еще перед отъездом, так что я благодарю себя за решение временно пожить у брата с Машей.