Какие к нему вопросы?

Я добралась до своей комнаты и закрыла за собой дверь. Не заперла – нет. Сил не хватило. Просто прикрыла, но этого было достаточно, чтобы отгородиться от шелеста шелка, от смеха, от стука вилок о тарелки и немного успокоиться.

Спустя, наверное, полчаса дверь едва слышно скрипнула. Я не обернулась – мне стало реально все равно, кто там.

– Мам, – раздался тихий шепот.

– Адам? А ты почему ушел? Как же гости?

– Да плевать я на них хотел! От меня требовалось ответить на вопросы – я ответил. А больше я им ничего не должен.

Я повернула голову. Он стоял, сжав кулаки, с лицом, перекошенным эмоциями.

– Адам, ну ты чего?

– Я чего? А ты? Зачем это терпишь?! Они не имели права так с тобой поступать! – выплюнул он, наконец.

– Отец беспокоится о тебе. Говорит, ты универ прогуливаешь…

– И что?! Это дает ему право вести себя как мудак?!

– Тише! Нельзя так. Он твой отец. Хасан влиятельный человек и…

– А ты моя мать! Как он мог притащить в свой дом эту… Едва не вынудив тебя ей прислуживать?!

– Все немного не так, – пролепетала я.

– Так, мама! И я никогда ему этого не прощу. И не буду пресмыкаться перед этими, чего бы они нам ни обещали.

Глава 20

Я хотела его остановить. Сказать: «Не кипятись, пожалуйста, не делай хуже». Но не смогла. Потому что в этот момент он был прав. На все сто. И я не находила в себе сил сгладить еще и это."

"– Я столько лет жил, глядя на вас с папой, и как последний дебил верил в то, что у нас просто образцово-показательная семья. Думал, женюсь, только если встречу женщину, с которой смогу выстроить похожие отношения. Закрывал глаза на отцовские… – Адам запнулся, сглотнул чуть было не вылетевшие опрометчивые слова. – Только не думай, что я об этом знал. Нет. Наверное, в глубине души догадывался, но отказывался верить. Он же был моим идеалом… – моего мальчика будто прорвало. Его откровенность была такой неожиданной!

– Подростки обычно страшно эгоистичны, Адам. Я могу понять, почему так происходило. Но я рада, что случилось именно так. Неправильно впутывать детей во взаимоотношения взрослых. Мне даже сейчас неловко.

– Тебе?! Мама! Это он только что притащил в наш дом… – Адам сглотнул явно неприличное слово. Вдохнул глубоко шумно… – Мне что, это проглотить?! Сделать вид, что я не заметил, как он тебя унизил?

Я отвел глаза.

– Адам, он ведь старается. Ради тебя в том числе.

– Думаешь, мне это надо такой ценой?!

– Ты мог бы так не орать?

Неожиданно наш разговор прервал голос Вахида, послышавшийся от двери. Я вздрогнула – столько в нем было эмоций, сжатых в эти отрывистые слова, что меня от них зазнобило. – Я готов выслушать твои претензии, но не когда в доме чужие люди! Цену тоже обсудим.

– Выслушать?! – не стушевался перед отцом Адам. – А ты умеешь слушать?! – насмешливо оскалился.