Как ни крути, они все еще были мужем и женой, которые не виделись примерно три недели. Уже чуть больше. Погодинский дом, оставшийся ему в наследство, был и ее тоже, но она выбрала люкс в отеле и даже не предупредила ни о своем выборе, ни вообще о приезде.

Он совершенно случайно столкнулся с ней в гостинице, просто потому, что пришел к Олегу Васину. Интересно, когда именно она собиралась объявиться, если бы этого столкновения не произошло? Он задал этот вопрос, когда они уселись за столик в ресторане. У Линн всегда был хороший аппетит, особенно с дороги, и сейчас она заказала огромный стейк из мраморной телятины с овощами гриль, мимоходом удивившись, что в такой дыре, оказывается, подают приличное мясо.

– Здесь вообще везде хорошая кухня, – сообщил Погодин в ответ на ее высказанное вслух изумление. – Северная глубинка сильно изменилась с тех пор, как мы с тобой сюда приезжали. Здесь полно туристов, и их умеют развлекать и ублажать, как ни странно.

– Тебе идет патриотизм, Андрей, – засмеялась Линн и перешла на английский. То ли чтобы их разговор никто не подслушал, то ли потому, что так ей было привычнее, то ли из демонстрации какого-то глупого, почти детского протеста.

Да, она приехала сюда, почти за тысячу километров от Москвы, чтобы подписать у него согласие на развод. Ей было важно сделать это как можно быстрее, не дожидаясь его возвращения и уж тем более нового назначения. Линн спешила уехать. Формально у властей США не было к ней претензий, только к ее мужу Рональду Тайлеру, которого выслали из страны без права когда-либо вновь пересечь ее границу.

Их дети, два сына, Роб и Майкл, были уже взрослыми и жили отдельно. К ним претензий тоже ни у кого не имелось.

Они могли уехать с родителями в Россию или остаться в стране, в которой выросли. Кто может судить их за то, что они решили остаться? Кто может судить Линн за то, что, уехав с мужем, она не смогла ни забыть детей, ни привыкнуть к новому для себя российскому менталитету? Выбирая между привычкой и детьми, с одной стороны, и мужем – с другой, она выбрала не его. Что ж, Погодин понимал, что рано или поздно ему придется с этим смириться."

"Его побег в Малодвинск был продиктован желанием отсрочить неизбежное.

Глупая попытка, если учесть, что Линн не поленилась приехать сюда, так сильна оказалась ее воля к свободе от него, Погодина. Они играли две свадьбы. Первую в Москве, сразу после окончания института, когда они еще только проходили отбор в будущую школу агентов. Вторая их свадьба состоялась в Канаде, куда они, по легенде, «вернулись» после обучения в Сорбонне. Теперь предстояло расторгнуть оба брака, и именно эти документы, тщательно подготовленные юристами, чтобы комар носа не подточил, и привезла Погодину Линн.