Кто же он, ее невидимый враг? Тот, по вине которого весь мир считает ее подлой убийцей""?

Она вновь и вновь восстанавливала в памяти цепочку странных таинственных событий, с которых все началось: кто-то проникает в квартиру, роется в ящиках комода…, она просыпается в грязном гостиничном номере и обнаруживает, что неизвестно как очутилась в Чикаго…, кровавые буквы на зеркале…, и вот теперь обвинения в зверских преступлениях, о которых она понятия не имеет. Должно быть, против нее плетется смертельный заговор, только неизвестно, кто за ним стоит. Сегодня утром в камеру зашел охранник.

– К вам посетитель, – объявил он и отвел Эшли в комнату для свидания, где уже ожидал отец. Потухшие глаза Стивена были полны боли.

– Милая…, не знаю, что и сказать.

– Я не делала тех мерзостей, в которых меня обвиняют, – прошептала Эшли.

– Знаю, детка. Это трагическая ошибка, но мы все исправим. Можешь не сомневаться.

Эшли благодарно смотрела на отца, не в силах понять, как могла когда-то посчитать его преступником.

– Не волнуйся, – продолжал Стивен. – Все будет хорошо, вот увидишь. Я уже поговорил с адвокатом. Есть такой Дэвид Сингер, один из самых способных и порядочных людей, которых мне доводилось встречать. Он скоро повидается с тобой. Прошу, расскажи ему все без утайки. Это очень важно.

Эшли беспомощно пожала плечами.

– Папа…, но я не знаю, что сказать, – заплакала она. – Никак не пойму, что происходит.

– Ничего, мы докопаемся до истины, девочка. Я никому не позволю тебя обидеть. Никому и никогда! Ты слишком много значишь для меня, малышка. Мы с тобой одни на свете.

– Да, папа. Больше у меня никого не осталось, – прошептала Эшли.

*** Отец просидел с ней едва ли не полдня, и после его ухода мир Эшли снова сузился до маленькой каморки, в которую ее заперли. Она легла на койку, вынуждая себя отрешиться от беспощадной реальности.

«Скоро все кончится, и я пойму, что это был всего лишь сон… Только сон…, только сон…»

Эшли закрыла глаза и провалилась в темную пропасть.

*** Разбудил ее голос надзирательницы:

– К вам посетитель.

Ее снова отвели в комнату для свиданий, где неловко переминался с ноги на ногу Шейн Миллер.

– Эшли, – пробормотал он, со страхом воззрившись на девушку.

Сердце Эшли забилось сильнее:

– О, Шейн!

Никому в жизни она не была так рада, как Шейну, доброму и верному другу. В глубине души почему-то крепла уверенность в том, что он найдет способ освободить ее, упросит власти отпустить Эшли на свободу.

– О, Шейн, как хорошо, что ты пришел!

– Неплохо выглядишь, Эшли, – смущенно пробормотал Шейн, почти брезгливо оглядывая убогую обстановку. – Правду говоря, не ожидал встретиться с тобой при таких обстоятельствах.