— Такое у меня редко происходит. Последний раз лет десять назад было, когда рубежники обложили. Сс… Пришлось прятаться и в спячку уходить.

— А нынешние линии какими были? — уточнил я, на всякий случай.

— Синие, холодные. Только других и вовсе не привиделось.

За таким легким и непринужденным разговором, из которого выходило, что пусть меня не убили здесь и сейчас, но хорошего все равно ждать не приходится, мы добрались до трассы. Хвала богам, старым, новым, иномирным и нашим, заработала сотовая связь и интернет. Попытка вызвать такси не увенчалась успехом. Хотя бы потому, что я не мог задать точку, откуда меня нужно забрать. Можно, конечно, добраться до ближайшего населенного пункта, вот только и это не близко. А бегать по-суперменски и выкладывать остатки промысла, которого и так немного, не хотелось.

Поэтому я обратился к мудрости наших предков и поймал мотор. Не бог весть что, потрепанный «Accent», доживающий свои последние дни. Но после марш-бросков по Изнанке и лесного спринта, машина даже со свистящим ремнем ГРМ казалась чудом почище встречи с кроном. Я сел на переднее сиденье, потому что задние были завалены мешками с луком и картошкой. Почему-то даже забыв о нечисти на руках.

— Это чего у тебя? — поинтересовался усатый мужчина с легким азербайджанским акцентом.

— Это… олененок молодой. Машина сбила, нога, похоже, сломана. Вот в ветеринарку везу.

— Э, молодец какой. Я когда пионэром был, мы тоже в кружок юннатов ходили. Речки чистили, кормушки для птиц делали.

И он стал увлеченно вспоминать о своей юности. С такой теплотой, с которой не всегда молодожены друг о друге рассказывают.

А я облегченно выдохнул. Все-таки как интересно хист работает. Едва чужанин столкнулся с рубежным миром, как его мозг напрягся. Однако стоило мне дать объяснение, как мужик легко его принял. И явно не без помощи промысла, хотя специально я ничего не делал.

Мужчину звали Ровшан. Был пенсионером, имел троих сыновей, младший из которых учился в Москве, а старшему Ровшан помогал торговать. Рассказывал он о бесчисленном сонме своих внуков, старушке-жене и планах на будущее. Несмотря на семьдесят два года, выглядел Ровшан бодрячком и помирать не собирался.

Наверное, именно он и придал мне какой-то уверенности в себе, а то после сделки со Стынем я совсем уже лапки повесил. Как-то действительно я рано себя похоронил, а вместе с этим и весь остальной мир. Я ведун, у меня под рукой Лихо, да и Митю с Гришей со счетов списывать рано. На подхвате еще Следопыт, который должен, леший, да целый гарнизон рубежников с Изнанки. Я не одиночка, как было раньше.

Ровшан мало того, что оказался приятным собеседником, так еще довез до города. Не сказать, чтобы до самого Подворья, пришлось два квартала пехом двигать.