Но двери были крепкие, дубовые, и когда он их разнес и ворвался в мои покои, ему вручили три орущих свертка.

Ну, естественно, к Джарлетту прибыла делегация из дворца с предложением принять опять корону, но мне так понравилось жить вдалеке от свекрови, что я категорически помотала головой. Императрица все еще дулась, точнее, не так. Уже она и рада была наладить отношения, но как это сделать, чтобы не потерять лицо — не знала. А мне было не до того.

Мне помогали все, кто только мог. И девочки возились с малышами, про Джарлетта и говорить не стоит. Он проштудировал все книги про воспитание драконят и выучил их всё наизусть. Помогал их укачивать ночами, когда они мучились коликами. Потом его боевое братство организовало даже дежурство в ночные часы. В три месяца, по словам мужа, у драконьих младенцев начинали зреть в желудке огненные камни, которые приводили к вздутию их сладких животиков. Помогало катание в коляске по булыжной мостовой. Старейшины отгородили ближайший квартал высоким забором, чтобы гости случайно не забрели на центральную площадь и не испугались вида трех увешанных оружием воинов, гуляющих далеко за полночь с детскими колясками и поющих низкими голосами:

— Баю-баюшки-баю, не ложися на краю,

Придет серенький волчок и получит по башке.

Если бы не знала — сама бы оторопела от такого зрелища.

В весе после беременности я прибавила. Килограмм десять точно, но когда я раздумывала, худеть или не худеть, Джарлетт резко возразил и показал кулак летающему рядом фею:

— Я всю жизнь любил полных блондинок. Не вздумай, фей, даже палочку на эту тему доставать и разбивать мою голубую мечту о такой жене.

Спа-центр отстроился. Фей зачаровал кучу бассейнов, и места в оздоровительный центр бронировали за полгода. Даже император был замечен на лежаках.

Филиал женского клуба расцвел и здесь. Один раз в неделю я уходила расслабиться. Мы играли в игры, веселились, обсуждали дела. Ну, очень прижалась здесь мафия. Обозвали мы её, правда, пираты.

Малыши подрастали, и я думала, что все самое сложное позади. Джарлетт, кстати, сам придумал для них имена, только называли их потом по-моему. Егорондор — стал Гошей, Алексондор — Лексом, а Екатиндора — Катюней. У фея с Динь-Динь родились огненно рыжие Инь и Янь. Месяцев в шесть дети поползли, и самой безупречной нянькой стала Люська. Ее бедную и за хвост таскали, и уши обсасывали, но наша геройская псинка героически вылизывала новых хозяев, и частенько я находила боевую троицу уснувшей на собачьей лежанке в обнимку с её владелицей.

Дети даже не пошли в год, они побежали. И как тараканы разбегались по комнатам.