От неожиданности она едва не вскрикнула в полный голос. Вот кого она совершенно не ожидала здесь увидеть!

Но как он здесь оказался? Ведь она не видела его ни впереди, ни позади себя!

И сразу же поняла: пастор из гостиницы прямиком направился сюда, но поднимался по лестнице, именно поэтому она его не видела да еще опередила на пару минут.

Сказать, что она была поражена, — ничего не сказать. Возможно, это был ответ на мучивший ее целый день вопрос: святой отец приехал сюда просить о помощи Горную Деву. В таком случае интересно узнать, что именно он хочет от тени погибшей? Ночной рубашки у той нет, а невесту, человек давший обет безбрачия, просить вряд ли станет.

Впервые в жизни Даша пожалела, что прогуливала латынь в университетском кафе. То есть латынь преподавали как раз в аудитории, это она в то время сидела в университетском кафе. Успокаивало одно — вполне возможно, что пастор общался с Горной Девой не на латыни, а, например, на финском, здесь уж никакие университеты не помогут.

Любопытство заставило позабыть об осторожности. Опустившись на четвереньки, Даша осторожно просунула голову как можно дальше в лаз. Увы, она слишком долго думала — теперь слышны были только звуки удаляющихся шагов.

Выждав еще пару минут, она вползла в освещенную пещеру и внимательно осмотрела все закоулки. На первый взгляд, ничего не изменилось — ни закланных агнцев, ни святых крестов, начертанных кровью, или хотя бы чем-нибудь фосфоресцирующим. На цыпочках она подкралась к выходу. Внизу, по дороге, быстро удалялась мужская фигура.

Даша оглянулась на тень бегущей женщины.

— Милая Горная Дева, извини, что побеспокоила тебя зря. Я еще вернусь. Я только все выясню и обязательно вернусь.

2

Ворвавшись к себе в номер, Даша сорвала куртку, скинула ботинки и с разбегу припала ухом к стене, отделяющей ее номер от номера пастора. Слышно было не очень хорошо, но кое-какие звуки различать удавалось. Однако, в лучшем случае это были звуки передвигаемого стула или шум воды в районе ванной комнаты. Через час стало ясно: еще чуть-чуть и на одно ухо у нее станет меньше — стена была очень шершавой.

Растирая натруженную ушную раковину, Даша забралась с ногами в кресло и принялась гипнотизировать стену, словно надеясь, что та вдруг станет прозрачной. Чуда не произошло и оставалось только ломать голову, что такого просил пастор у Горной Девы? Теперь она почти жалела, что не отдала ему свою пижаму. По крайней мере сейчас бы она точно знала, с какой целью тот сюда приехал.

На стене висела картина. Всякая картина висит на гвоздике. Что, если гвоздик вытащить и попробовать расковырять дырочку побольше?

Сказано — сделано. Минут пять ей понадобилось, чтобы убедиться, что дырка диаметром в два миллиметра не является идеальным проводником звука.