— Тогда, может быть, вы хотите, чтобы я остался?

— О, нет! — Еще один гость в первом часу ночи — это явный перебор. — Я постараюсь справиться сама. Спасибо и извините, что потревожила вас.

С явным неудовольствием финн отступил.

— Хорошо. Но если вам понадобиться моя помощь — я рядом. — После чего удалился так же бесшумно, как и возник."

"Полицейские перевели дух. Им явно не хотелось вступать в перепалку с духовной особой.

— Итак, кто объяснит мне, что происходит? — спросила Даша, обращаясь к незваным гостям.

— Мадемуазель, нам необходимо с вами поговорить, — категорично заявил тот, кто походил на старшего, и указал рукой на кресло.

— Ну, если больше во всем отеле не с кем... — Его жест Даша проигнорировала, желая показать, что долго беседовать не намерена.

— Может быть, вы хотите что-нибудь накинуть? — полицейский сделал выразительные глаза: — Довольно прохладно.

Сначала Даша не поняла, о чем он говорит, холодно ей не было, но, глянув вниз, увидела, что стоит посередине номера в одной сорочке. Очень короткой и очень прозрачной. Настолько прозрачной, что не стоило даже с криком «Ой!» попытаться прикрыться — на все рук явно не хватило бы. Следовало или переодеться, или немедленно лечь обратно в постель.

Даша выбрала последнее. Решение оправдывалось ее болезнью, кроме того, возможно, сократило бы визит нежданных гостей до минимума.

— Вы не против, если я буду разговаривать с вами лежа?

— Как вам будет угодно, мадемуазель.

Судя по настрою, начальник полицейских готов был с ней беседовать, даже сидя на потолке.

Даша подошла к кровати и потянула одеяло.

— В таком случае попрошу всех посторонних удалиться.

Как и следовало ожидать, никто не тронулся с места. Очевидно, еще не родился француз, ощущавший себя посторонним в дамской спальне. Пришлось выбрать промежуточный вариант: завернуться в одеяло и присесть на краешек кровати.

— Спрашиваю в последний раз: что вы от меня хотите?

— Для начала давайте познакомимся. — Начальник жандармов сделал вид, что не замечает недовольства хозяйки номера, и улыбнулся так, что кончики черных напомаженных усов указали на потолок. — С вашего позволения, меня зовут Буже. Инспектор Себастьян Буже.

Даша пожала плечами. Как правило, в подобных случаях отвечают: «очень приятно» и называют свое имя, но в данной ситуации это было совершенно бессмысленно: ничего приятного в беседе с полицейским нет, а ее имя он и так знает.

— Я слушаю вас, инспектор Буже, — сухо обронила она.

— Месье Серро сказал, что вы расспрашивали его о некой женщине в желтом комбинезоне...

— Кто это — месье Серро?

Инспектор кивнул на Жан-Жака.

Даша укоризненно посмотрела на бармена, стоявшего тут же у двери. Но тот только руками развел: мол, от меня это не зависело.

— Допустим.