Разложить их где-то на горизонтальной поверхности, хоть какое-то ровное освещение обеспечить. Для этого надо ключи от секретной комнаты иметь, от секретного архива. И еще мало ключи иметь, надо иметь и печать. Помещения же опечатываются в конце рабочего дня. Они «секретку» библиотекой называют. И там сидит женщина-библиотекарь, которая выдает чертежи и формуляры. Мы ее проверяли, как никого другого. И следили, и что только не делали. Нет оснований ее подозревать. Но кто-то же фотографирует. Второй вариант – это съемка во время копирования или до, или сразу после. Там минимум свидетелей.

Шелестов видел, что Филонов говорит это с трудом, мучаясь, страшно переживая. Он ведь сейчас говорил не о том, что подозревает Алину Викулову, а о том, что кто-то рядом с ней, кто-то может использовать ситуацию. И он очень переживал, что оперативники заподозрят Алину, что не поверят ему, в его интуицию, в его убежденность. Павел говорил медленно, не горячась, старательно подбирая слова. «Молодец, – мысленно похвалил Шелестов лейтенанта. – Будет из него толк, обязательно будет. И не только потому, что долг для него на первом месте, а еще и потому, что сердце у него не черствое, человечность в нем есть от природы».

Егор Лыков ждал у двери, когда Алина пройдет мимо с несколькими рулонами чертежей. И когда девушка поравнялась с его «убежищем», инженер сделал шаг вперед. Как и следовало ожидать, на пол полетели рулоны, бумага из раскрывшейся папки, девушка тихо вскрикнула от неожиданности. И вот они уже сидят рядом на корточках и собирают бумаги, извиняясь друг перед другом.

– Алина, это я виноват, – тихо говорил Лыков. – Задумался, не смотрю по сторонам. А тут вы! Я такой неловкий…

– Нет, это я виновата, Егор, – смущенно улыбнулась девушка.

Наконец все было собрано с пола. Два или три сотрудника бюро, проходя мимо, улыбнулись тому, чем занята молодежь. Алина этого не замечала, а Лыков недовольно морщился. Вообще-то, он хотел, чтобы его поползновения остались тайной для других сотрудников, но, видимо, перестарался, и после их «случайного» столкновения из рук Алины вылетело почти все, что она несла. Пришлось долго сидеть на корточках и помогать собирать бумаги.

Алина ушла по коридору в сторону кабинета главного инженера, а Лыков все стоял и смотрел ей вслед. Инженер Матвей Березин подошел к Егору и по-приятельски хлопнул его по плечу.

– Ну и как успехи, казанова? – поинтересовался Березин не без ехидства.

– Да никак! – буркнул Лыков. – Уровень вежливых улыбок и товарищеских интонаций! Так и хочется пожать руку и поздравить с трудовыми успехами.

– Ты хоть изобретательность проявил, – вздохнул Березин, – а я кручусь, кручусь вокруг.