Будто говорит кто-то другой.

– Чего ты мямлишь?!

– Нет! – повторяю я твёрже. – Ты мёртв. С меня сняли твою метку. Всё это просто… кошмар. Я просто свалилась в обморок, должно быть.

Он делает один длинный шаг ко мне.

– В чём я точно уверена, – отступаю, – так это в том, что тебя больше нет. И власти никакой надо мной ты не имеешь.

– Ты уверена, девочка? – наклоняет голову двуликий и вдруг оборачивается монстром.

Вскрикнув, я отшатываюсь и падаю, продолжая отступать уже ползком. Кабан… огромный, страшный. Кажется, он может перекусить меня пополам, и он приближается.

Лёгкие наполняются неприятным гнилым запахом и, вглядываясь в полумрак, я понимаю, что зверь кажется больным. Шерсть в проплешинах, бока впалые настолько, что видно торчащие кости, хотя брюхо, наоборот, неестественно раздуто.

– Тебя нет… тебя нет… – повторяю я, продолжая отступать. – Нет. Тебя нет.

Если бы это только могло действительно избавить меня от него… Если бы спасло…

– А ты до сих пор не поняла? – спрашивает в голове мягкий, смутно знакомый голос. – Он есть, пока ты питаешь его своим страхом.

Как это? Если бы всё было так просто…

– Не всё сложное – правильно.

Кабан приближается. При всём желании у меня просто не выходит не бояться его, но всё же…

Я пытаюсь вытеснить из головы все пережитые ужасы и вспомнить горячие ладони Валфрика. Как он не подпускал меня к телу Сидда, пытаясь защитить и, наконец, нахожу искру.

Я вспоминаю лица своих людей. Горожан, всех тех, кто считал и считает Дом Солнечного Снега теми, кто может защитить их. Кто должен был сделать это. И теперь мне придётся разгребать последствия бездействия дяди.

Мне никак нельзя позволять своему страху взять надо мной вверх. Я же помню, какой Сидд на самом деле. Там, в реальном мире, на ступенях храма он абсолютно жалкий и ничтожный. Просто мёртвый окоченевший старик, которого предали его же подчинённые и оставили умирать.

Морда кабана приближается к моему лицу. Не знаю, скольких усилий мне стоит держать глаза открытыми. Страх плещется в одной чаще с решимостью и почти безумной убеждённостью, в том, что мне и правда ничто не грозит. Всё это кошмар и… в конце концов, он поддаётся.

Силуэт Сидда медленно растворяется в воздухе, оставляя после себя холодную пустоту. На миг она пугает меня куда сильнее близости смертоносной пасти, а после темнота будто развеивается, и пространство вокруг меня наполняется светом.

Голова кружится, пахнет кровью и снегом. Я будто перенеслась из царства Лунного бога в обитель Солнцеликой. Вокруг распускаются ледяные кристаллы, светящиеся изнутри ровным белым светом и, подобно сталагмитам, уходят вверх прекрасными колоннами.

– Смогла всё же.