Наверное, уже много времени, но нас пока не тревожат.

— Алисия, ты подружилась с ленточкой?

— Она меня не любит, — уныло жалуется.

— Как тебя можно не любить? Ты чудесная.

— Но если я не буду заниматься, то стану обычной, — расстраивается.

— Кто тебе такое сказал? — округляю глаза.

Молчит.

— Тебе нравятся тренировки?

— Угу, — опечаленно.

— А что тебе еще нравится? Чем ты любишь заниматься?

— Ммм… гулять с Сенатором… мммм, — размышляет, — я люблю ночевать у Йохана. Он мне купил большую бумагу! — разводит в стороны ладошки. — И ещё много-много фломастеров. Там аж четыре штуки розового цвета!

— Рисовать нравится? — уточняю с улыбкой.

Ее глазки мечтательно блестят. Малышка уверенно кивает. А затем мы ещё какое-то время, обнявшись, рассматриваем потолок.

— А ты ходила когда-нибудь на занятия по рисованию?

— Нет, — вздыхает. — Папа говорит, что это ерунда. И что тогда мы не будем успевать на тренировки.

— А если бы твой тренер заболел? Как бы ты провела это время?

— Ммм… — опять хмурится. — Не знаю…

— Ты подумай. Тебя ведь никто не будет ругать, если тебе захочется заняться чем-то интересным.

Как закончился этот день, теперь вспоминаю с трудом.

Ночью спала как убитая. На утро немного кружилась голова. Не было аппетита. А от предстоящей встречи в больнице даже немного познабливало.

Утром меня родители Йохана встретили с улыбкой и уже готовым завтраком.

Питер ещё не приехал.

И я первым делом позвонила Йохану. Через него с родителями и общались: кратко, емко, по существу.

У Йохана процедуры утром. Часам к одиннадцати будет нормально к нему приехать. Я начинаю собираться. Ребекка с Алисией прибыли, как только закончился завтрак. И последняя уже хнычет, что хочет со мной.

— Мы вечером в парк пойдём прогуляться. Может, присоединишься? — предлагает Ребекка.

Чувствую облегчение и благодарность. Соглашаюсь, конечно. Мне и свежий воздух нужен. И прогулки. И разговоры ни о чем. Мне просто необходимо хоть немного отвлечься и не чувствовать постоянную свинцовую тяжесть на плечах.

— Ну вот видишь, Алисия. Даша с нами вечером пойдёт. А сейчас ей нужно много чего успеть, — уговаривает. Только тогда девочка уступает.

Мы с Нохом переглядываемся. Хозяин дома спокойно ожидает на диване в гостиной, уже собранный, подбадривает меня улыбкой.

В душе странное напряжённое чувство. Как в детстве. Словно неумолимо приближается событие, которого ты ждёшь уже очень давно. И оно вот-вот наступит.

Это чувство, очевидно, посещает не только меня, потому как пёс Йохана ни с того ни с сего срывается с места и, громко гавкнув, бежит ко входу. Торопливо становится на задние лапы. С надеждой утыкается носом в дверь, навострив уши.

Проходят секунды. Огромный шоколадного окраса зверь выжидающе поскуливает, даже хвостом не мотает.