– Кофе? – дождавшись утвердительного кивка, Саня поставил перед ним чашку и сахарницу. – Добавляй по вкусу.

– Кто вообще сказал, что тебя будут мучить? – Олег заложил ногу за ногу и откинулся в кресле. – Давай договоримся, ты отвечаешь на наши вопросы, делаешь пару звонков, а мы...

– А вы за это меня совсем не больно убиваете, – продолжил его мысль Чингиз. Ей-богу, несмотря на весь свой страх, парень неплохо держался, и это вызывало уважение.

– Некрасиво перебивать старших, – укоризненно покачал головой Саня. – Ты отвечаешь на наши вопросы, а мы тебя отпускаем.

– Так-таки и отпустите?

– Не сразу, конечно.

Посидишь у нас денек-второй, пока эта байда не закончится, а потом гуляй на все четыре стороны. Ты же в легионе отслужил, значит, французский паспорт есть, вот и езжай жрать лягушек.

– Какие у меня гарантии?

– Честное слово офицера, – непривычно серьезно ответил Олег. – И советую верить, мы им просто так не разбрасываемся.

– О как!

– Именно. И еще. Вот этого дядю, – Котов указал на меня, – вы пытались спеленать целой командой. Результат напомнить?

– Не надо.

– Рад, что не забыл. Дядя вас, сопляков, просто отшлепал и отпустил.

А вот сейчас ты влип в конкретную разборку между серьезными людьми. Так что советую, как говорят в кино, сотрудничать.

– Не понимаю только, какой резон вам оставлять меня в живых? Я бы...

– Ты бы... Мы просто давно живем, и лишняя кровь нам ни к чему. Уж поверь, попроливали...

– Верю, что вы хотите знать?

– Многое.

Когда позвонила Даша, наш разговорчивый собеседник уже заканчивал по второму кругу отвечать на вопросы, на сей раз, попив моего фирменного напитка (водички с химией).

– Да.

– Стас, как ты?

– Все в порядке.

– Когда будешь?

– Вообще-то сегодня не смогу, дела.

– Очень прошу, приезжай. Мне страшно и потом...

– Что случилось?

– Не могу по телефону. Пожалуйста, приезжай, – она всхлипнула, – я просто не знаю, что делать.

– Успокойся, буду через час.

– Люблю тебя.

Очень приятно слышать подобное от молодой и чертовски красивой женщины. Если честно, моя личная жизнь до встречи с ней была серой и тусклой, как штаны пожарного, и крайне бедной на любовные признания.

Я сделал Сане знак рукой, и мы вышли в коридор.

– Любовь-морковь? – полюбопытствовал он.

– Типа того.

Я сейчас еду к Даше, что-то у нее случилось.

– Поднимать народ?

– Боюсь, что да.

Не успел подойти к двери, как она распахнулась. На пороге стояла моя любимая, плачущая и даже слегка растрепанная.

– Хорошо, что приехал, заходи скорее.

– Что случилось?

– Дверь запри и обязательно заблокируй замок.

– Сейчас, – я притворился, что нажал на кнопку замка, снял с плеча сумку и начал искать тапочки.

– Проходи в гостиную, не разувайся, – держа правую руку за спиной, она сделала шаг в сторону, пропуская меня вперед.