Собственный дом, которого у нас с матушкой никогда не было. А матушка… Матушка никогда не узнает, на что ради этого мне пришлось пойти.

А что касается моей чести… Моя честь не стоила пятисот эрлонов — тем более, что речь шла о жизни самого близкого мне человека. Конечно, после того, что произойдет, я уже вряд ли смогу выйти замуж и обрести счастье рядом с любимым человеком, но замужество и прежде не прельщало меня, так стоило ли о нём сожалеть?"

"— Я заплачу тысячу, — с самым серьезным видом кивнул герцог. Для него это была всего лишь сделка, и он готов был заключить ее на любых условиях.

— Пятьсот эрлонов я передам тебе, как только мы приедем в столицу, еще пятьсот — наутро, после того как ты вернешься из дворца.

Он снова покраснел, но на сей раз я не испытала к нему сочувствия.

— Но с чего вы решили, сударь, что сумеете обмануть принца? Даже если мы с Эльвирой похожи, то всё равно не настолько, чтобы влюбленный мужчина не сумел отличить одну от другой.

— Об этом не беспокойся, — он едва ли не впервые с тех пор, как коснулся столь щекотливой темы, поднял на меня глаза. — Главная фрейлина во дворце — моя младшая сестра Розалин, именно она будет готовить невесту к походу в опочивальню.

Есть определенные традиции, которые во дворце соблюдаются неукоснительно. Спальня молодоженов будет освещена единственной свечой — чтобы как можно меньше смущать новобрачную.

— Но утром! — воскликнула я. — Утром он увидит, что я — не Эльвира!

— Он не останется в спальне до утра. Это тоже — одно из правил первой брачной ночи. Как только всё произойдет, он удалится в свои апартаменты, чтобы дать возможность молодой жене оправиться от волнения и привести себя в порядок.

Тебе потребуется заменить Эльвиру всего на час, не больше.

Мне было страшно подумать о том, что случится за этот час в королевской опочивальне, и я тряхнула головой, отгоняя гнетущие мысли.

— А голос? — спохватилась я. — Если он спросит меня о чём-то, и я вынуждена буду ответить ему, он поймёт, что это — не голос моей сестры.

— Он спишет это на твое вполне понятное волнение, — возразил его светлость. — К тому же, он придет туда совсем не для того, чтобы с тобой поговорить.

Это прозвучало несколько грубовато, и мы оба смутились.

Решение было принято, и продолжать обсуждать эту тему не имело никакого смысла. Герцог поцеловал меня в щеку (мне был неприятен этот поцелуй) и удалился.

На следующий день я познакомилась со своей сестрой, но знакомство это не доставило удовольствия ни ей, ни мне. Мы обменялись несколькими вежливыми и ничего не значащими фразами и расстались. И хотя она действительно показалась мне милой и ничуть не чванливой, никакого желания продолжать наше общение у меня не было.