Не после того, как он своими действиями дал мне понять, что “семь лет назад ничего не произошло”."

"Но тем не менее, он испугался… Или смутился. Сейчас я даже не берусь разгадывать его эмоции. Уже сам факт, что он хоть как-то отреагировал на мой взгляд, говорит о многом.

У меня было лишь пару мгновений на то, чтобы рассмотреть черный рисунок, но этого хватило, чтобы понять, что птица там представлена не в милой-доброй версии “Ну какой же ты коршун? Скорее Птенчик”, а как самый настоящий хищник.

Ну-ну, можно подумать, это я его бросила тогда и исчезла из его жизни! Это мне впору было набивать тату с его именем на своей пятой точке! К счастью, я слишком боюсь боли. А еще я была беременна. А еще… имени его я как раз и не знала!

Одни сплошные “но”. А злится почему-то именно Горский.

Пока я в красках представляю какие татуировки можно набить с новыми данными об отце моего ребенка, Максим сажает Алину на бортик и проигнорировав небольшую лесенку, ловко подтягивается на руках и садится рядом с ней.

Перекатывающиеся под тонкой тканью футболки мышцы мигом притягивают взгляды. Мечтательные — от отдыхающих девиц и раздраженные от тех самых качков. Может, им приплатить за то, чтобы они устроили ему “темную”? Не зря же они денно и нощно потели в спортзале…

Моей задумчивости эти двое не замечают и продолжают болтать о чем-то. Сейчас мне даже хочется, чтобы Малинка “сдала” меня и похвасталась ему, что у ее отца татушка в виде дерева. До сих пор боюсь представить последствия, но в то же время меня так и подмывает смыть самодовольную ухмылку с его лица.

Дочери моей он понравился! То же мне достижение! Она, может, из-за отсутствия фигуры отца в своей жизни и тянется к мужскому полу. Если бы те качки решили учить ее плавать, она бы точно так же на них реагировала.

На этом месте здравый смысл, наконец, вмешивается в мой бессмысленный внутренний монолог и я протяжно вздыхаю. Во-первых, я бы ни за что не подпустила каких-то левых мужиков к дочери. А во-вторых, с чего бы этим самым “левым” мужикам лезть к чужой девочке?

Вот это и настораживает… Для Максима Алина — абсолютно чужой ребенок. Он не знает, что она его дочь. Со мной он явно не хочет иметь ничего общего. Тогда почему? Почему он так тянется к ней? Просто от скуки? Чтобы насолить мне?

Господи, я наверное, никогда не пойму этого мужчину. Не уверена, что он и сам себя понимает, если честно. Потому что всего действия последних дней абсолютно противоречат его же словам.