Внутри было темно, но звуков, подтверждающих теорию о хлеве, слышно не было.

Я подождала секунд двадцать и прошмыгнула следом. Оказавшись в темном помещении, откуда отчаянно несло плесенью, огляделась. Нет, это не хлев, нет характерного запаха. Помещение узкое, стены старые, обшарпанные, большая часть глины с них отвалилась. Дальше был проход куда-то. Долго блуждала по непонятным закоулкам, пока не заметила, что пол неуклонно опускается под углом вниз.

Сердце заколотилось от волнения и предвкушения. Неужели всё так просто? Эта темница здесь? Не успела так подумать, как впереди послышался шум. Кто-то ворчал мужским голосом.

— Магара, где тебя черти носят? Узники устроили настоящий ор. Требуют жратвы…

— Отстань, Мемрик. Задержалась на похоронах. Эта идиотка, хозяйка, устроила тошнотворное представление, вещая о великих геройствах. Фу, лицемерка белобрысая! Ненавижу её…

Я скривилась. Вот это номер! Кажется, у меня на одного врага больше. Ах ты, шкура немытая! Лицемеркой меня называешь? Глаза сузились от злости. Едва не плюнула на пол, но сдержалась. Никак не избавлюсь от этой надоедливой привычки. Нужно вести себя тихо, как мышь.

Послышался стук, потом скрежет: кто-то открывал засов. Дверь со скрипом отворилась, и Магара потопала дальше.

— Проклятье, как тут холодно! — бросила она раздраженно, а я услышала отчетливое эхо. Всё верно, темница там.

Как же теперь пробраться туда незамеченной?

* * *Две недели спустя…

— О Боже! — сорвалось с моих губ.

— О Боже! — повторило сердце.

К лицу прилила кровь, в голове запульсировали молоточки.

Не может быть! Я помутилась разумом?

Передо мной стояла точная копия преподобного Ксандера.

— Это вы? — прошептала с болезненной, отчаянной надеждой.

Но ведь он умер! Сама видела. Да и у священника не было таких зелёных глаз…

Глава 20. Зеленоглазый незнакомец…

Путь в темницу…"

"Я исследовала все возможные пути в темницу уже больше двух недель. Это было слишком серьёзное дело, чтобы рисковать и начинать дело неподготовленной. Чувствовала, что провалить это задание нельзя. Моя тактика была своеобразной и неторопливой. Пословица «семь раз отмерь, потом отрежь» сюда подходила лучше всего. Долго готовлюсь, но потом всё делаю в совершенстве. Тише едешь, дальше будешь — мой принцип. Но это не значит, что я не могу иногда импровизировать и бросаться в гущу событий. Просто именно в этом случае подобное было недопустимо.

За эти две недели у нас с мужем возникло несколько конфликтов. «Пособачились» словесно, как и в прошлые разы. Генри был той еще крысой, которая, я теперь знала, что-то готовила против меня.

Периодически меня вызывали на общий завтрак. Зачем — не знаю, вероятно, чтобы задавать тупые вопросы. Джонатан, похоже, решил остаться у нас жить.