Что же здесь происходит?

Стремительно развернулась и выскочила во двор. Замерев на крыльце, увидела двор, усеянный трупами, среди которых были как защитники поместья, так и нападавшие. Группа так называемых горцев так ловко перепрыгивала через высоченный каменный забор, как будто они происходили от обезьян, не иначе. Не удержалась и сплюнула с досадой. Если такое происходит регулярно, значит, нападение снова повторится. Эх, как я ненавижу ничего не понимать!

И вдруг среди убитых тел взгляд зацепился за слишком знакомое одеяние. Внутри всё похолодело от ужаса, и я бросилась со всех ног к одному бездыханному телу.

О нет!

Остановилась над неподвижным Ксандером, просто не веря своим глазам. Его светлые волосы разметались по грязной брусчатке двора. Из раны на голове стекала кровь. Сутана тоже была вся в крови, местами изодрана, а в руках он по-прежнему держал меч.

— Боже, нет… — пробормотала ошеломленно.

Опустилась на колени, и сердце сжалось от отчаяния. Слёзы сами выступили в уголках глаз, хотя для меня это был просто нонсенс. Всегда ненавидела слёзы. Они были проявлением слабости, а слабой я себя никогда не считала. Но сейчас не смогла удержаться — настолько острой была боль в душе.

Только в тот миг поняла, что этот человек стал кем-то значимым для меня. Он успел поселиться в сердце, успел отвоевать в нём какие-то позиции, а я даже и не заметила этого, точнее, не хотела замечать. Без него вдруг жизнь в этом мире показалась страшно пустой и бессмысленной. Хотя, стоило бы хлестануть себя по щеке и сказать: ты что, совсем съехала с катушек? Вы знакомы буквально несколько дней!"

"Да, съехала с катушек. Обезумела. Неужели успела влюбиться? Да ещё в кого — в священника? Но хуже всего то, что он мёртв, безнадёжно и окончательно мёртв…

Дрожащей рукой коснулась его шеи в надежде нащупать хоть какой-нибудь пульс, но его не было. И тогда слёзы действительно покатились по щекам градом. Оплакивала то, чего не должна была оплакивать. Хранила привязанность, которой не должно было существовать. И это было настолько невыносимо больно, что я чувствовала себя абсолютно потерянной.

Вдруг кто-то коснулся плеча.

— Госпожа, вставайте, не нужно лить слезы об этом… человеке, — проворчал смутно знакомый мужской голос.

Поспешно вытерла слёзы и встала на ноги, оборачиваясь. Рядом стоял, кто бы мог подумать, Дарен — тот самый кобель, получивший от моей руки… точнее, ноги жестокий урок. Меня едва не перекосило от его псевдосочувственного выражения на его физиономии.

— Что ты имеешь в виду? — спросила холодно.

— Священник был предателем, — процедил мужчина, мгновенно преображаясь в циничного жестокого подонка. — Это он провёл горцев в поместье. Он стоял за этим нападением!

Нахмурилась.