— Боги хранят нас!

Графу захотелось взреветь, заорать и стукнуть кулаком по столу. Он оказался в ловушке. А все из-за этой гадкой предательницы.

Что же делать? Как их отвлечь? Как заставить ее говорить? Казалось, голова аристократа вот-вот взорвется от безумных вопросов и безысходности.

Раздался робкий стук в дверь.

— Я занят! — рявкнул Орсини так громко, что заставил толстяка-служителя вздрогнуть.

— Господин, — проблеял испуганным голосом дворецкий, — госпожа графиня, она… она избивает плетью ваших людей!

Генри побледнел и покосился на священнослужителей. Те радостно подались вперед, не желая пропустить ни слова.

— Кого именно? — уточнил аристократ, надеясь найти оправдание такому поступку. Ведь если женушка бьет какую-нибудь разленившуюся служанку (что ей, правда, было несвойственно), то это в принципе не выходит за рамки нормы.

— Она… — испуганно начал ответил дворецкий, — она бьет вашего распорядителя — Вольфа.

Лицо Генри Орсини вытянулось. Вольф — двухметровый волосатый громила — был страхом и ужасом его поместья. Аристократ нанял его несколько лет назад для того, чтобы слуги были вышколенными и послушными.

Когда-то этот амбал служил на галерах офицером, потом был ранен в ногу, начал хромать и с тех пор вернулся на сушу. Но навыки надсмотрщика над рабами у него остались. Своим зычным голосом он распугивал всю округу. Его боялись все, от мала до велика. Даже сам Генри испытывал неприятные ощущения, находясь рядом с этим монстром, хотя тот никогда не проявлял агрессии в сторону щедрого хозяина. Зато слуг и пару десятков рабов, привезенных с юга, держал в жесточайшем повиновении.

И тут вдруг Евангелина, которая до смерти боялась этого громилу, взялась избивать его плетью? Это невозможно!

Генри Орсини даже не понял, что произнес эти слова вслух. Вскочил на ноги и рванул прочь из гостиной, намереваясь посмотреть на этот бред своими глазами.

Священнослужители замешкались. Молодой человек подал руку грузному наставнику, помогая ему встать. Они медленно поплелись вслед за хозяином поместья, предвкушая занимательную картину.

Когда же вышли во двор, то увидели нечто невероятное. Собралась целая толпа. Слева стояли шокированные воины, справа — испуганные бледные слуги, а в центре — неистовствовал громила Вольф. Он был в ярости. Рубашка на его спине была порвана, из нескольких рваных ран, оставленных плетью, сочилась кровь."

"Он рычал, как дикий зверь, смотря на стройную блондинку, которая держала в руках увесистый кнут с шипами на конце. Она с улыбкой помахивала им из стороны в сторону, словно дразня быка красной тряпкой. Наконец боров взревел и кинулся на девушку всей своей массой, желая сбить с ног. Молодой священнослужитель аж подался вперед, удивляясь тому, что видели его глаза.