Мэгги редко ее в чем-то упрекала, но на этот раз она действительно это заслужила. Гордиться было нечем. Надо же было так взбеситься, чтобы повести себя настолько недостойно леди. Взгляд, которым Мэгги ее наградила, говорил сам за себя. Обе девушки думали об одном и том же – мать Теи никогда не одобрила бы столь дикого поведения своей единственной дочери. И уже не имело значения, что это произошло при соседе и пэре: мать Теодоры не допустила бы ничего подобного даже перед самым младшим слугой, да и дочь воспитывала не грубиянкой и не фурией.

– Остается только надеяться, что виконт не нанесет визит твоему отцу, чтобы рассказать о твоем поведении, – добавила Мэгги.

Тея обмякла на сиденье и опять крепко обхватила себя руками, словно ей было холодно, обдумывая сложившееся положение. Хоть она и вела себя, как капризная школьница, ей по-прежнему очень хотелось увидеть Алабастера.

– Об этом я не подумала, – промямлила Тея.

– Ты особенно не переживай, – посоветовала Мэгги, похлопав Тею по коленке. – Думаю, лорд Клейтон был просто счастлив избавиться от тебя.

– Рано радуется, – буркнула Тея.

– Это ты о чем? – насторожилась Мэгги.

– Да плевать мне на этого Клейтона! Алабастер – мой, и я не позволю этому человеку помешать мне увидеть его.

Мэгги покачала головой.

– И что ты намерена делать?

– Я думаю… я собираюсь… – Тея выглянула в окно и увидела на дорожке мальчишку-грума. В голове тут же мелькнула идея, безумная, но все вполне могло получиться. – Знаешь, если ты сошьешь мне мальчишечью одежду, то я попытаюсь… Мне нужны бриджи, шейный платок и… что там еще.

– Бриджи? – Глаза Мэгги едва не вылезли из орбит. – И мальчишечью рубашку?

– Да, – энергично кивнула Тея. – И еще картуз, чтобы спрятать волосы.

Мэгги зажмурилась и сглотнула.

– Я уверена, что пожалею, миледи, но все-таки спрошу: зачем вам все это?"

"Тея повернулась и одарила подругу полубезумной улыбкой: она надеялась сойти за подростка, хотя бы временно, чтобы увидеть свою лошадь.

Глава 7

Эван легонько постучал в дверь спальни, но ответом ему была тишина, как всегда. Он немного подождал, повернул ручку и толкнул дверь.

Горничная, как и каждое утро, уже приходила, раздвинула шторы, и через большие застекленные окна в дальнем конце комнаты струился солнечный свет.

Эван постоял несколько секунд, давая глазам привыкнуть к яркому свету, и посмотрел на друга. Тот сидел в кресле в углу комнаты, уставившись в противоположную стену.

Филипп каждый день усаживался в новом месте, но по-прежнему молчал.

– Доброе утро, – поздоровался Эван, входя в комнату и закрывая за собой дверь.

Тишина.

– Сегодня прекрасный день, – добавил Эван.

Деревья за окном стояли в чудесном осеннем уборе. Казалось, что все вокруг пылает.