И только тогда я заметил, что доспех на спине как-то странно топорщится.

Отец принялся снимать с деревяшки нагрудник, Гмалин стал ему помогать.

— Надо же, — сокрушался мастер, — не пробил!

— Так, это же нагрудник от рыцарского доспеха, — пыхтел рядом с ним отец, поднимая железо над манекеном. — Сейчас такие уже не носят!

Я чуть не расхохотался! Со стороны их речь напоминала разговор двух модников о том, какие тряпки модно носить в этом году!

Наконец, нагрудник был снят, и тогда Гмалин отстегнул ремешки, которыми крепилась к деревяшке задняя часть кирасы и, придерживая ее, осторожно отслонил от деревянного манекена.

Болт обнаружился там. Он чуть-чуть вошел в доспех, предварительно пробив нагрудник и деревяшку.

— Ну, что, Раст, — с победной усмешкой посмотрел на меня Гмалин, — ты и теперь будешь утверждать, что это всего лишь игрушка?!

Я замотал головой.

— Не-е-е, сейчас не буду! — заверил его я. — Штука здо́ровская, вот только научи́те, как ею пользоваться.

— Да, там ничего сложного нет! — уверил меня хозяин лавки. — Ты научишься быстро! Вот только здесь есть еще одна тонкость!

Он повернулся к прилавку и взял тул с арбалетными болтами.

— Тот, кто мне, можно сказать, подарил эту вещицу и сам не знал, как это работает. Сказал только, то это изделие самого Абу-иль-Салаха!

Я безразлично пожал плечами, не разделяя энтузиазма, звучащего в голосе мастера.

— А-а-а, я понял! — усмехнулся Гмалин. — Тебе это имя ничего не говорит, я прав?

Я кивнул головой.

— Это выдающийся оружейник, можно сказать, гений! Прославился, как конструктор магического оружия! Жил в султанате Кариф. Делал оружие на заказ, не больше двух экземпляров одного вида! Так что, у кого-нибудь может быть что-то похожее!

Он покрутил в руках тул.

— В этом туле всегда три болта. Если ты один из болтов достал из тула и выстрелил им, то в туле все равно появится третий болт! Я как-то сделал еще несколько болтов, чтобы запас был больше, но те болты не восполнялись, а расходовались, как в обычном туле. И только эти три всегда в нем.

Гмалин повернул тул ко мне, и я увидел, что в туле действительно три болта.

— Как это происходит ни тот, кто мне подарил его, не знает, ни я. Я столько раз собирался разобраться с этим арбалетом и тулом, но все время что-то мешало! Да, кстати, не знаю, правда это или нет, но отобрать силой или украсть этот арбалет нельзя. Можно только подарить его.

— А продать? — я задал, может, и неуместный вопрос, но для меня интересный. Нет, не то, чтобы я собирался его продавать, просто мне была интересна степень, так сказать, защиты. То есть, любое ли добровольное действие возможно с этим оружием, или есть ограничения?

— Я не знаю! — пожал плечами Гмалин, а потом вскинулся.