У него такая страшная морда! Да и кривой какой-то весь…

Глаза у Ларисы раскрывались все шире и шире. Еще немного, и они вылезли бы из орбит. Пальцы судорожно сжали ручку половника.

Но Вероника ничего не замечала.

– К тому же на следующий день после того, как вы мне его подарили, – продолжала она, – я его случайно уронила, и у него откололась голова. Я приставила ее обратно и оставила все как есть. И теперь я признаюсь вам в этом. Уф! – выдохнула она. – Словно камень с души свалился!

Она взяла медвежонка в руки. Голова не отвалилась. Алена зажмурилась. Теперь настала очередь Вероники выпучить глаза.

– Он целый?! – едва не выкрикнула она. – Чудеса в решете!

В кухню вошла Антонина Петровна с небольшим свертком в руках.

– Осторожно! – крикнула она Веронике. – Не поранься! Девочки удивленно на нее взглянули.

– Каюсь, девчонки! – вздохнула Антонина Петровна. – Вчера, вытирая пыль, я случайно смахнула медведя с полки! Он рассыпался вдребезги! Пришлось склеивать его по кусочкам. Только коряво как-то получилось. Так что я решила купить другого и потихоньку поставить вместо старого, чтобы Вероника не огорчилась. Вот, в «Бальзаке» сегодня приобрела!

Она развернула упаковку и поставила на стол точно такую же статуэтку.

И тут Алена захохотала. Громко, заливисто, едва не валясь с ног от хохота. К ней присоединилась Лариса. А затем и Вероника с Антониной Петровной, хотя ни та ни другая толком не поняли, в чем дело.

Дверь кухни с треском распахнулась. Вбежал Захар с перекошенным от злости лицом.

– Кто?!! – завопил он. – Кто посмел разболтать?! Все кафе, от бармена до уборщицы, знает, что меня сегодня тошнило в кино!!!

Алена тут же прекратила смеяться, закатила глаза к потолку и сделала вид, что увидела там нечто чрезвычайно интересное.

– Вы!!! – накинулся Захар на девчонок. – Я знаю, это ваша работа! Вы уволены! Все трое! И Кирсанова, и Леонова, и Кизякова!!!

И он выбежал из кухни.

– Ну вот! – огорчилась Лариса. – Только этого не хватало! Вероника взглянула на Алену:

– Кое-кому пора научиться держать язык за зубами!

– Да! Во всем виновата я! Но я ничего не могла с собой поделать, – горестно сказала Алена. – Меня просто распирало! И теперь он нас уволит!

– Не уволит, – сказала Антонина Петровна, молчавшая все это время. – Я ему не позволю.

– Станет он вас слушать!

– Станет, – с уверенностью сказала она. – Все-таки я его тетя!

В кухне воцарилась мертвая тишина.

– Что? – наконец спросила Лариса.

– Я его тетя! – повторила Антонина Петровна. – А это кафе принадлежит моему младшему брату, отцу Захара.

– Ни фига себе! – не сдержалась Алена.

– А мы все это время поносили его тут разными словами… – произнесла Вероника."

"– А я с удовольствием слушала! – Антонина Петровна рассмеялась.