– Селеста подежурит за тебя, и они с Эмилем поделят между собой твои тренировочные занятия.

Тренировочные занятия? Дмитрий не будет проводить тренировки на следующей неделе, потому что… Ах! Ну конечно, поняла я. Полевые испытания. Завтра начинается шестинедельная практика для нас, новичков. Никаких уроков. Днем и ночью мы будем защищать мороев, а взрослые стражи должны тестировать нас.

– Они не возражают против дополнительной нагрузки, – продолжала Альберта, – но не смог бы ты подежурить до отъезда несколько смен за них?

– Конечно, – бросил он все еще как-то натянуто.

– Спасибо. Думаю, тогда все в порядке. – Она вздохнула. – Хотелось бы знать, сколько времени продлится разбирательство. Не хочу слишком долго отсутствовать. Ты думал, на этом с Дашковым будет покончено, но я слышала, королева не склонна держать в тюрьме королевских особ.

Я окаменела. Мороз побежал по коже – мороз, не имеющий никакого отношения к зимнему дню. Дашков?

– Уверен, все сделают правильно, – сказал Дмитрий.

И тут до меня дошло, почему он говорит так скупо – их разговор не предназначался для моих ушей."

"– Надеюсь. И еще надеюсь, поездка займет всего несколько дней, как они и говорили. Слушай, здесь так зябко. Заглянем на минутку в офис, посмотрим расписание?

– Конечно, – ответил он. – Я только кое-что закончу сначала.

– Хорошо. Жду тебя.

Стало тихо; видимо, Альберта ушла. Вскоре из-за угла показался Дмитрий и остановился перед кустарником. Я вылезла оттуда. Одного взгляда на его лицо было достаточно, чтобы предсказать дальнейший разговор.

– Роза…

– Дашков? – прошипела я как можно тише. – Тот самый Виктор Дашков?

Он не стал отрицать.

– Да. Виктор Дашков.

– Вы говорили о… Вы имели в виду… – Я настолько испугалась, что утратила дар речи и никак не могла собраться с мыслями. – Я думала, он давно под арестом! А получается, даже судебного разбирательства еще не было?

Да. Мне трудно было поверить. Виктор Дашков. Он преследовал Лиссу, пытал ее морально и физически, хотел подчинить себе. Каждый морой может использовать магию в одной из четырех стихий: земля, воздух, вода или огонь. Лисса, однако, оказалась способна работать с пятой стихией под названием дух, о которой никто и не знал. Она могла исцелить что угодно… даже оживить мертвого. Именно так возникла наша необычная связь с ней. Я – «поцелованная тьмой». В автомобильной аварии погибли ее родители, брат и я, она вернула меня к жизни, что и связало нас навечно, поэтому я могу воспринимать ее мысли и чувства.

Виктор узнал, что она может исцелять, и захотел запереть ее в четырех стенах, использовать в качестве личного «Фонтана молодости»[1].