Правда, излишне много, на мой вкус, серебряного шитья по черному материалу камзола, но тут ничего не поделаешь, такова мода. Расплатившись и выплатив пару серебряных монет премиальных, я отправился ужинать.

На следующий день, часа в четыре по местному времени усевшись в нанятый экипаж, я отправился на королевский Зимний бал. Оказалось, что тут можно нанять экипаж, что и сделала моя новая управляющая. Меня это очень устраивает, не хочется делать лишних трат, тем более в преддверии войны.

На воротах при въезде в королевскую резиденцию у меня проверили пригласительный и пропустили, затем маршал-распорядитель прокричал мое имя и титул, и я вошел в огромный зал, украшенный позолотой, барельефами и лепниной. В нем уже было достаточно народа, вернее дворян королевства Анторан, но прибывали еще и еще. Практически никого я здесь не знал и, побродив по залу, подхватив с подноса рыскающих по залу слуг с напитками бокал с соком, пристроился у колоны и принялся наблюдать."

"За то время, что я нахожусь в этом мире, у меня не появилось ни друзей, ни товарищей, если не считать графиню, но это другое. Тут много условностей и ограничений, большинство дворян – это напыщенные, спесивые и чванливые людишки по отношению к тем же мещанам или мастерам. Но в основной своей массе ничего собой не представляющие, бездарные и безграмотные. Чем-то напоминающие мне нуворишей из моего бывшего мира. Так же зацикленных на своей значимости.

– Князь Брин де ла Маглен со своей супругой Сирил де ла Маглен принцессой Анторан, – проревел маршал-распорядитель, и в зал вошла семейная пара аристократов.

«Ух ты, сестра короля», – мелькнуло в голове, и я с любопытством принялся разглядывать вошедшую пару. Князь на меня впечатления не произвел. Одутловатое, рыхлое лицо какого-то землистого оттенка с большим сизым носом с красными прожилками выдавало в нем пьяницу. А вот княгиня привлекла мое внимание, очень красивая женщина с холодным взглядом серых глаз и брезгливой улыбкой на лице. Может быть, мне показалось, но Сирил де ла Маглен принцесса Анторан заранее презирала всех собравшихся. Но стоило мне только моргнуть, и предо мной была красивая женщина с очаровательной улыбкой, пусть и с холодным взглядом.

Собравшийся народ стал делиться на группы по интересам, что-то обсуждать, кое-где раздавались смешки. На другом конце зала я увидел графиню, которая о чем-то живо переговаривалась с двумя примерно ее лет дамами. В дальнем от меня конце зала мелькали багряные хитоны высших жреческих сановников. Там были и женщины, и мужчины, правда, у жриц лица были прикрыты вуалями, но сердце все одно дало сбой при воспоминании о знакомстве с одной из жриц, на душе стало тоскливо, и еще больше навалилось ощущение одиночества.