Тот от моего рева подпрыгнул на стуле и, открыв глаза, уставился на меня перепуганным взглядом.

– Тут, что ли, можно заказать одежду? – повторил я свой вопрос значительно тише.

– Да-да, господин, – проговорил парень, и его словно ураганом выбросило с того места, где он сидел, и он бросился ко мне. По дороге он умудрился запнуться и чуть не забодал меня своей головой, не успей я его подхватить. Я даже оторопел на мгновение от такого напора, но рефлексы сработали на автомате, и я не дал ему ни себе лоб разбить, ни меня травмировать.

Парень, после того как я ему помог распрямиться, принялся извиняться и кланяться с такой скоростью, что я думал, у него оторвется голова. Когда он наконец успокоился, я принялся ему перечислять, что мне от него надо и зачем я сюда пришел. Парень начал меня обмерять, в процессе обмера интересуясь деталями вышивки, качеством кружев и материала на камзол и рубашку, попутно сетуя на то, что просто не ожидал, что так неудачно сложится начало его бизнеса. Но тут же заверил меня, что все будет изготовлено в срок, так как своих швей просто пораньше отпустил домой, чтобы меньше платить.

Уже оплачивая задаток, я спросил, когда все будет готово, узнал, что через три дня, и пожалел, что буду на службе и заехать могу только после нее. Но Самил, так звали парня, пообещал доставить все сам вечером, когда я вернусь со службы. Я назвал адрес и отправился восвояси. Зимний день короток, и возвращался я уже в сумерках."

"Утром пришлось прервать завтрак, оттого что во дворе раздались громкие разговоры, крики возниц и команды конюха. Выглянув в окно, увидел, что в ворота заезжает целый караван из пяти повозок, груженных мешками, корзинами и всевозможными кулями и бочонками.

Я вышел во двор, вежливо поздоровался с Эвитой, моей управляющей, и представил ее поварихе Сальми, временно выполнявшей ее обязанности. Щеки Эвиты покраснели от моих рекомендаций, а может, это просто мороз давал о себе знать, но она быстро взяла себя в руки и принялась командовать на пару с Сальми. Народ активно включился в разгрузку, и двор наполнился гомоном, шумом и смехом. Поняв, что я тут лишний, удалился. Остывший завтрак доедать не стал, решил, что еще раз присяду, когда Сальми будет кормить Эвиту.

Работали, я понял, все – и дружинники, что прибыли с обозом, и возницы, причем возницы были какие-то странные довольно молодые мужчины с воинской выправкой. Когда Эвита принесла мне список с перечнем привезенного и его количеством, я и спросил ее о том, что показалось мне странным.

Оказалось, мои сомнения имели под собой почву, возницами были дружинники. Видать, управляющий, опасаясь за Эвиту, решил усилить охрану и помимо десяти оговоренных воинов добавил еще пятерых, переодев их возницами.