Здание старое, с высокими потолками, белыми стенами и атмосферой некоторого ведомственного уныния. Аж плечами невольно передернул — не хотелось бы мне здесь «отдыхать».

— Вы куда? — настороженно подняла взгляд медсестра у стойки в холле.

— Здравствуйте, я к Прокофьевой, — ответил я, не сбавляя шага. — По личному вопросу.

Хотел проскочить, но не вышло.

— По личному она принимает по вторникам и четвергам, с тринадцати до пятнадцати, — отчеканила та, словно из справочника. — Сегодня среда.

Я остановился, улыбнулся и выложил перед ней не банальную шоколадку, коими закармливают весь медперсонал всех рангов, а коробку рафаэлок с красной ленточкой.

— Извините, но это срочно. Очень. Пять-десять минут, не больше. Пожалуйста…

Медсестра скептически приподняла брови. Уж не знаю, то ли моська у меня была подходящая и медсестра молодая клюнула, то ли рафаэлки сработали, но в следующий момент она качнула головой, вздохнула и, озираясь на пустой коридор, тихо проговорила:

— Ну ладно… Если не выгонит… Только на свой страх и риск, поняли? Я вас не видела. И бахилы, пожалуйста, наденьте. У нас не проходной двор.

— Благодарю, — кивнул я, натянул голубые шуршащие пакетики на летние туфли и пошёл по длинному, пахнущему витаминками коридору.

Дверь нужного кабинета была в конце, под табличкой: «Прокофьева Вера Олеговна. Начальник госпиталя МСЧ»."

"Увидев знакомые фамилию и имя, я ощутил, словно кто-то изнутри поскребся. Всё это время я старался думать, что встреча с Веркой — просто формальность. А теперь стоял напротив её двери и чувствовал, как сжимается грудь.

Моя Верка. Психолог из девяностых. Тогда была молоденькая, стеснительная, с мягким голосом и ясными глазами.

Мы познакомились на тестировании, когда после применения оружия меня отправили на ПФЛ, всё завертелось стремительно, буквально за один день: сначала кофе в ее кабинете, потом какое-то разгульное караоке, где она пела под «Мираж» — «Ты мой последний герой», а я под Шуфутинского пытался мычать, а дальше — её квартира, старые книжки по психологии на полках, скромная кровать, бокалы из серванта… Всё это было так давно, и будто вчера. А по факту — месяц назад, но уже в прошлой жизни. Нет, влюбиться я не успел, слишком мы мало успели повстречаться. Да и не до любви было совсем — Валета разрабатывал, весь в делах-заботах.

И всё это с ней оборвалось так же молниеносно, как и началось. Потому что меня убили.

А она осталась. И стала вот кем. Начальником госпиталя с отдельным кабинетом. Но, надеюсь, не забыла того безбашенного опера из прошлого…

Я вдохнул, постучал. Коротко и решительно.

— Разрешите?

Приоткрыл дверь. И шагнул внутрь.

— Вы по поводу обслуживания кондиционеров? — спросила Вера Олеговна, оторвав глаза от бумаг.

Сидела за широким столом.