В день, когда Ярцева выписали, я купила тортик. Стараюсь особо на сладкое не налегать, чтоб обратно не разнесло, но по такому поводу - можно и даже нужно. И пусть все уже знали, что это Маша шастает к пожарнику чаще, чем надо, у меня как гора с плеч свалилась.

Примерно через неделю у меня дежурство в травматологии. Подозреваю, муженёк подсуетился, Геннадьича подговорил - по непроверенным данным сегодня приходит Ярцев на перевязку, вот меня и спрятали в травму от соблазна подальше. Ну ладно, мне не жалко, если любимому мужчине так спокойнее, то мне без разницы, в какой день дежурство назначат.

Дежурство тихое, спокойное, народ тихо-мирно купается в море и не спешит попадать в аварии и влезать в драки, даже из окон по пьяни никто не выпадает. Бумаги все оформлены, отчёты написаны, делать совершенно нечего."

"Римма Захаровна, мой напарник по этой смене, тайком раскладывает пасьянс в смартфоне. На моём телефоне никаких игрушек нет, и в такие дни я об этом жалею. Может, романчик какой в сети почитать? Всё лучше, чем со скуки маяться.

Вязкую скуку прерывает появление Маши. Она уже больше недели, как покинула нашу клинику, вроде к Ярцеву переселилась. Хотя ходят слухи, что олигарха местного захомутала, лежал у нас недавно один с огнестрелом. Подозреваю, это всё завистливые сплетни Семёновой.

Не знаю, что там за первые камушки в семейном гнёздышке, но счастливой Машка не выглядит.

Римма Захаровна смотрит на неё, задумчиво поджимает губы. Кладёт свой смартфон в карман, встаёт, потягивается с хрустом. Протягивает Машке запасной халат.

- Короче, девчули, я на улицу курить, если будут пациенты - зовите. Маш, халат надень, если вдруг кто мимоходом заглянет - ты за меня, о'кей?

Вот за что она мне нравится - и хирург отменный, и человек понятливый!

Едва мы остаёмся наедине, Машка плюхается на край стола и легонько толкает меня локтем в бок.

- Ну чего, рассказывай, как там у тебя с твоим мужчиной-скалой? - она многозначительно играет бровями. Мне даже немного стыдно, что у меня всё так хорошо, когда у неё, похоже, не очень.

- Да вот, усиленно повторяем медовый месяц, - неосознанно трогаю шею, где ещё ночью один ненасытный мамонт оставил целую дорожку засосов, пришлось даже шелковым платочком маскировать. - Операцию мне ещё при тебе сделали, считаю дни до полного снятия запретов. Осталось меньше недели, первым делом залезу в море и буду плавать, пока хвост не вырастет!

- Не ревнует тебя больше Тихонов?

- Он очень старается этого не показывать, - прыскаю в кулачок. - Но чтоб ты знала, Геннадьич лишился пирожков в моём исполнении, а все пациенты проходят строгий Тихоновский фейс-контроль. Он думает, что я не знаю, но мне Лискина из архива проговорилась.