Наверняка Марк рассчитывал, что, если предъявить живого принца, все успокоятся и не станут копать глубоко.

– Какой бред! – раздраженно воскликнул король.

Я согласно кивнула. После событий сегодняшнего утра мне уже казалось, что Марк был не в себе. Вспомнились дрожащая рука с ножом возле моего горла, истеричные нотки в голосе, когда он вопил, чтобы милорд Рэйнард не заговаривал ему зубы. То, как он вдруг грузно осел на меня… И тут же перед глазами встал ужин на крыше академии, когда мне на миг показалось, что он не такой уж плохой человек. А он смотрел на сияющие огни города под нами и говорил, что уже стал тем, кем мечтал. Теперь был понятен смысл его слов: Марк хотел стать принцем и тогда был в его образе. А теперь он мертв…

Перед глазами все поплыло, кровь отхлынула от головы, и я откинулась на спинку кресла. Кружка выскользнула из пальцев, и я второй раз за день потеряла сознание.

Очнулась я в своей постели. В ночной рубашке. Свадебное платье, к счастью, куда-то унесли. На стуле рядом с кроватью сидела Джина и, закусив губу, невидяще смотрела в одну точку. Вид у нее был встревоженный.

– Элли! – Увидев, что я проснулась, Джина как-то странно на меня глянула, и я испугалась, что она заплачет. Однако, схватив меня за плечи, подруга завопила на весь дворец: – Ты меня чуть седой не сделала! А ну выкладывай, что случилось! – Пришлось рассказывать. – Значит, Марк хотел, чтобы ректор убил принца, а сам потом стал бы им? – уточнила она и деловито поинтересовалась: – А труп куда?

– Наверное, хотел превратить его в свою копию, – повторила то, что слышала в кабинете. – Главное, принц жив, и никто не стал бы докапываться до правды. И меня тоже убил бы. Или посадил бы в какой-нибудь подвал, чтобы сидела там и не болтала.

– Понятно, – протянула подруга и тоскливо предложила: – А может, ну его, ректора? От королевской семьи одни проблемы. Найдем тебе хорошего мужа… фермера. Подальше отсюда, в безопасном месте.

– Ну уж нет! – возмутилась я и даже села. – Не надо мне фермера."

"– Ладно, ладно, – пошла она на попятный, – выходи за этого. – И, хитро прищурившись, Джина спросила то, что в такой день, когда мы с милордом Рэйнардом чудом выжили, могла спросить только девушка: – А когда свадьба?

Свадьбу назначили через месяц. За это время мне успели сшить платье безо всяких иллюзий, а я перестала вздрагивать от каждого резкого звука. Подружкой невесты на свадьбе была Джина, а шафером – неожиданно – Даниэль. После неудавшегося покушения он словно разом повзрослел, и вокруг его рта залегли скорбные складки.

Принц пробыл в беспамятстве два дня, а проснувшись, чуть ли не в первый же час разорвал помолвку с Дарией. Та, конечно, дико оскорбилась и уехала из дворца, ни с кем не прощаясь.

– Я же чуть не умер.