"

"— Ну, ты мне это так стеснялась сказать? — заглянула я в черные глазки ящерки. — А я тебя еще пирогами откармливала. Как не стыдно, Уголек? — Саламандра постаралась всем своим видом показать как именно ей стыдно, чем вызвала мою улыбку. Восприняв это как хороший знак, она ткнулась мордой мне в щеку и что-то затрещала.

— Она говорит, — вызвался переводчиком повелитель огня, — что считала — так будет лучше. И что любит тебя.

Погладив ее по гребню, я только вздохнула.

— Я тоже тебя люблю. И не злюсь. Хотя могла бы и предупредить.

— Мы ей запретили.

Хотели сделать сюрприз.

— Что же, он удался. Теперь вы может быть исчезнете?

— Что? — удивились демоны.

— А вы ожидали, что я обрадуюсь вашему появлению?

— Ну, хватит, — наморщил нос Заквиэль. Он демонически быстро, я даже ничего сделать не успела, подошел ко мне и сжал в объятьях.

Я попыталась вырваться, но через секунду замерла.

Мне стало хорошо, как тогда, в мои наивные восемнадцать. Я прижалась к нему, и из глаз сами собой потекли слезы.

Да, Данте всегда все знал, но Зак знал и то, что надо сделать.

Как же я по ним соскучилась.

По моим чертягам, по веселым друзьям, по беззаботному детству, по дому.

А Зак покачал меня в руках и вздохнул.

— Мы… мы так долго не смели и надеяться на это. Но поверь нам, и на секунду не смирились с тем, что тебя больше нет. Лилит, девочка, как же мы рады вновь видеть тебя. Даже просто знать, что ты жива.

— Я тоже рада, Заквиэль, что жива, — хмыкнула я.

Он улыбнулся:

— Чувство юмора ты, как я вижу, не потеряла.

— Куда же без него.

— Ты правда хочешь, чтобы мы ушли?

— Не знаю, — пожала я плечами.

 — Ты меня может все же отпустишь?

— А ты не сбежишь?

— Куда? Ты сам подумай, — ткнула я его пальцем в рогатый лоб, — если бы хотела убежать, приперлась бы сюда? У тебя маразм. Тьфу, мнительность. Хотя одно другое не исключает. И вообще, что мастер Оливье подумает.

— А мне фиолетово.

Я рассмеялась и потрепала его по волосам.

— Но мне-то нет.

— Не стесняйся, Таня, — подал голос маг. Смотри-ка, отошел. — Мне это все крайне любопытно.

— Я тоже всегда этим страдала. А ваше любопытство излишне. Думаю, вы уже обо всем смогли поговорить с этими занятными господами, пока меня ждали.

Теперь мы бы попросили вас выйти. Вы не возражаете, монсеньер Оливье? — такому невинному взгляду позавидовала бы и монахиня пред алтарем.

— Конечно. — Он встал. — Я всегда подозревал, что ты не так проста, как пыталась казаться. Но чтоб настолько!

— Насколько?

— Чтобы связаться с асурами.

— М-м. Какая невинная шалость.

Оливье попытался открыть дверь, но его попытки не увенчались успехом. Обернувшись, он растерянно посмотрел на демонов.