Мухтаров встает, забирая со спинки кресла свою куртку. Одевается, демонстрируя задумчивый вид на лице.

— А ты? — спрашивает он. — Какие планы?

— Мне нужно немного поработать, — рассеянно машу рукой на ноутбук.

— Понятно, — кивает он. — Хорошего дня и… — послав мне невеселый взгляд, добавляет. — Мне не нравится, когда ты грустишь. Тебе больше идет сиять.

— Видимо, нужно сменить лампочку, — говорю я, пытаясь выжать из себя улыбку.

— Да, — подмигивает он. — Точно.

Застыв у стола, я провожаю его высокую жилистую фигуру взглядом до самой двери. Затем через окно наблюдаю за тем, как он садится в свою машину и, моргнув мне фарами, сдает назад.

Через секунду я вижу уже красные стоп-сигналы его джипа, еще через мгновение стоянка пустеет.

Опустившись в кресло, которое освободил Адам, я разворачиваю сообщение и читаю его снова.

Поднявшееся внутри волнение сильное, ведь я отчаянно не могу решить, чего хочу больше: увидеть Алиева или больше никогда с ним не встречаться.

Еще сегодня ночью, ворочаясь без сна, я думала, что выбираю второе. Для собственного блага мне лучше перестать с ним встречаться, ведь ничего хорошего из этого не выйдет.

Наши отношения изначально были смертельным номером. Прогулка по канату с привкусом риска, и дело не только в том, как сумасшедше этот мужчина целуется. Еще в том, что моя фамилия — Балашова. Балашова! И этим все сказано!

Но, какое бы решение я ни приняла, прятаться, как трусливая задница, не могу. Не могу просто игнорировать его сообщение. Даже несмотря на то, что теперь, когда всплеск адреналина в крови улегся, я снова выбираю второе…

Нам стоит прекратить встречаться.

Я в состоянии сказать об этом лично.

Когда пишу ответ, аромат кофе вдруг становится удавкой.

Я никогда в жизни так не давилась этим запахом, даже когда была беременна, а сейчас он вызывает слабость во всем теле.

«Я в ""Елках"". Буду здесь еще примерно час», — набираю Алиеву сообщение.

«Буду через 15 минут», — тут же получаю его ответ.

Глава 25

Чтобы эти пятнадцать минут не превратились в резину, убираю стол после Адама. Чашку и тарелку из-под десерта, который Мухтаров съел подчистую. Его любовь к сладкому мне давно известна, и она могла бы повеселить в очередной раз, но на веселье я сейчас не способна.

Напряжение с каждой минутой нарастает и сковывает. Я умудряюсь перевернуть чертову чашку, и остатки кофе растекаются по столу. Мне приходится спасать ноутбук, и вся эта возня привлекает внимание Ильдара и посетителя, которого он обслуживает.

Рухнув в кресло, вперяю взгляд в окно, за которым сухой и холодный осенний день.

Машина Алиева разбавляет пейзаж спустя минут десять. Корпус черного «китайца» плавно въезжает на парковку, и я встаю еще до того, как в телефоне появляется соответствующее сообщение.