Потом сбавил темп, выпивал понемногу дома, под душевную музыку, но вид крепко пьющего мужика остался…

Двумя руками капитан зачем-то пригладил свежеуложенные волосы и встал. В зеркале отразился задроченный жизнью мужчина в черных брюках, коричневой водолазке и сером буклированном пиджаке. Все вещи он носил уже давно, они вышли из моды, но не протерлись, не разошлись по швам, а значит, не требовали замены. Он вообще был неприхотлив, привык довольствоваться малым и жил только работой. Может, потому от него ушли уже две жены.

— Спасибо, Валя, — он засунул купюру в карман парикмахерше.

 — Ты поищи краску для мужских волос. А то надоело каким-то пегим ходить…

И уже на пороге, оглядевшись, поцеловал ее в щеку и шепнул:

— Позвони на той неделе, постараюсь выкроить время…

Перерыв заканчивался, и пообедать Дятлов уже не успевал. По дороге в Управление подошел к киоску с шаурмой.

— Армен, если я съем твою жратву, это не повредит здоровью?

Чернявый молодец улыбнулся и принялся сноровисто готовить порцию:

— Сегодня нет, мясо свежайшее, только получил. Кетчуп добавить?

— И побольше. Что нового на вверенной тебе территории? — с полным ртом спросил капитан.

Армен нервно огляделся.

— Двое залетных с утра дурь предлагали. Рожи такие отмороженные, что я не стал вязаться…"

"— Запоминай хотя бы, потом я тебе фотки покажу. Дай еще банку колы. Сколько с меня?

— Обижаешь, Сергеич! — неискренне произнес чернявый, но Дятлов предпочел эту неискренность не заметить. Он позволял себе получать маленькие бонусы на своей территории, тем более что они не шли ни в какое сравнение с тем, что позволяли себе его коллеги.

— Тогда спасибо.

Вытерев руки и губы бумажной салфеткой, капитан отправился на службу.

До конца перерыва оставалось 10 минут. Хотя он работал с восьми утра до позднего вечера, опаздывать он не любил.

Оперативка началась ровно в четырнадцать ноль-ноль. Начальник УР подполковник Иванцов был широкоплеч, краснолиц и громогласен. При этом он являлся хорошим сыщиком и приличным человеком, который порядочно относился к подчиненным и старался не давать их в обиду. В том, что Дятлова не отдали под суд, была немалая доля его заслуги.

Из девяти оперативников присутствовали семь — все моложе Дятлова, и показатели скромнее, но среди них было четыре майора, три старших оперуполномоченных и один заместитель начальника, а он оставался обычным оперативником, капитаном.

— Что там с убийством бомжей на пустыре? — спросил Иванцов, когда очередь дошла до Дятлова.

— Очень странное дело, — сказал Павел Сергеевич. — По экспертизам я вам докладывал: сам черт ногу сломит. Но пока перспектив раскрытия нет.

— Занимайся, Сергеич, дело на контроле, будут драть и про странности не спросят, — покровительственно сказал Иванцов.