Эквилибрист блин, так раскорячился, уму непостижимо. Снял гад, всё-таки сапог, но откидывать в сторону не стал. Оставил тут же около себя и принялся снимать левый. Левый сапог упирался, как мог и битву за снятие выигрывал в сухую. Этот балбес начал психовать, ругаться на своём, в конце концов, решив, ну куда я денусь, отпустил моё плечо, свою лапу отправив на битву с сапогом.

Я очень надеялся, что мне попался настоящий воин и небольшой рост заставляет его использовать любое метательное оружие и чем его больше, тем лучше. Многие войны использовали сапоги в качестве хранения дополнительных ножей, на Руси в древности назывался такой нож засапожник.

""Любовничек"" всё воевал с сапогом. Ей богу, если грохну этого гада, сапоги расцелую. Улучшив момент, когда оппонент отвлёкся и не обращал на меня никакого внимания, я осторожно придвинулся к одиноко лежащему средству передвижения и засунул в него руку.

""Есть!"", — Я никогда не был так счастлив.

Вытащил руку, — великолепный, неказистый, но такой нужный, небольшой, сантиметров 10, нож.

""Я вооружён. Да, но куда бить и как? Я не здоровый мужик и силы, чтобы вогнать это произведение искусства, неизвестного мастера, в накаченное тело война, у меня просто нет. Что делать, что?""

Крик ликования раздался с левой стороны по соседству. Повернув голову, это чудо радостно рассматривало меня, предвкушающее облизываясь, при этом энергично скидывая штаны.

""Невтерпёж бедняге, надо успеть использовать последний аргумент, а то чёрт знает чего от него можно ждать.""

Бедолага вскочил на ноги как наскипидаренный, схватил меня за шиворот и попытался придвинуть мою голову к своему стручку.

— Отрежу на хрен и засуну тебе в рот, — в бешенстве прокричал я, отвлекая его внимание от положения моих рук, пытаясь незаметно вытащить из под колена нож.

Стоя на коленях, моя голова находилась чуть ниже его вздыбленного члена. Увидав это, он расставил ноги пошире, чуть присев и запрокинув голову назад, приготовившись получать райское наслаждение.

— Ну, любитель сладенького, получи, — перевернув нож, остриём вверх, взявшись за рукоять ножа двумя руками, резким движением снизу вверх вогнал нож точно под яички, одновременно резко упав на правый бок."

"— А-а-а, — дикий крик сверху музыкой отозвался в моих ушах.

Горе-любовник немного постоял, потом упал на колени, постоянно подвывая, а затем завалился в мою сторону, я еле успел откатиться. Смотреть на него было одновременно и страшно и радостно. При мысли о том, что и я бы через некоторое время вот так же орал, вызывала по телу целую волну неприятных мурашек. Всё это лирика, но валить отсюда надо как можно скорее и кончать эту гниду тоже. Он один видел меня и может всё рассказать, тем, кто его найдёт.