Странно. Особенно если учесть, что он не производил на нее впечатления человека недалекого. В его пронзительно черных глазах сквозил ум.

Возможно, он просто наивен. Еще один довод в пользу того, чтобы идти с ним. Сбежать от него в Портсмуте не составит труда.

Она представления не имела о том, что будет делать дальше. Ни денег, ни друзей у нее не было. Вернее, у нее не было таких друзей, которых она могла бы подвергнуть риску преследования со стороны властей. Сводные братья, угрожая отдать старушку под суд, уже заставили одну из близких родственниц Чариз, сестру ее бабушки, вернуть свою внучатую племянницу законным опекунам — ее сводным братьям. Золотой кулон и кольцо с жемчугом, доставшиеся Чариз от матери, были при ней, но выручить за них большую сумму не удастся. Каким-то образом ей придется скрываться три недели. От безысходности Чариз трясло.

Будет день — будет пища. Держись, приказала себе Чариз. Прежде всего надо выбраться из Уинчестера, а там видно будет.

— Гидеон."

"В дверях конюшни стоял человек. Чариз вздрогнула и от этого с новой силой почувствовала боль в теле. И еще она почувствовала, как от лица разом отлила кровь. Спаситель ее выставил вперед руку, но при этом не стал до нее дотрагиваться.

— Не волнуйтесь. Это друг.

Воля этого незнакомца была такова, что ей подчинялись, похоже, и люди, и звери. Достаточно было этого короткого жеста и столь же короткой фразы, чтобы Чариз прикусила язык. Но сердце ее при этом забилось в груди подобно испуганной птице, а на лбу выступил холодный пот.

— Я здесь, — откликнулся Гидеон, не сводя при этом глаз с Чариз.

Еще один мужчина, такой же высокий, как и ее спаситель, стройный, темноволосый, явно не англичанин, несмотря на безупречный костюм от хорошего лондонского портного.

— Что за находка?

— Мисс Уотсон, это Акаш. Акаш, позволь представить тебе мисс Сару Уотсон. На нее напали разбойники, и она нуждается в помощи.

Вновь пришедший внимательно посмотрел на Чариз. Ни о чем ее не спросил. Выдержав паузу, лишь посмотрел на Гидеона, выразительно приподняв изящную черную бровь.

— Насколько я понимаю, мы не остаемся здесь на ночь?

Он говорил по-английски чисто, без акцента, хотя выглядел так, словно сошел со страниц арабских сказок.

— Ты же знаешь, что я хочу поскорее добраться до Пенрина.

— Знаю.

— Мы едем туда через Портсмут.

— Я всегда горел желанием увидеть Портсмут.

Акаш говорил так, словно его нисколько не беспокоила перспектива провести ночь на холоде ради того, чтобы помочь незнакомке. Все это было подозрительно.

Чариз попятилась к стойлу Хана. Конь тихо заржал у нее над ухом.

— Я не могу злоупотреблять вашей добротой, господа. Мне следует ехать к тете самостоятельно.

— Ни один человек чести не позволил бы вам так поступить, мисс Уотсон.