– Не, – качнул папа головой и лукаво ухмыльнулся. – Пусть нам еще огород прополет, картошку начнет копать, поленницу дров у бани доложит, а потом можно и бате его звонить.

Глава 12. Рамиль

Впервые меня вывела из сна подозрительная и абсолютная тишина. Открыл глаза и обнаружил над собой белый потолок, состоящий из квадратов пенопласта с узором каких-то листьев и невнятной мути.

Ясно. Вчерашний сумасшедший день в деревне не был сном.

Уронил руку сгибом локтя на глаза. Глубоко вдохнул и почувствовал запах чего-то съестного. Желудок скрутило спазмом – жрать хотелось сильно.

До слуха донесся слабый звон посуды. Убрал руку с лица, приподнял голову и увидел Гусыню в кухонной зоне. Натирая тарелку цветастым полотенцем, она смотрела в окно, находящееся прямо над раковиной.

Бати её рядом видно не было. К счастью.

Этим людям, вообще, знакомы такие понятия как сон и отдых? Деловары, блин. Я столько вчера всего сделал, что можно было бы на неделю все эти дела раскинуть и всё равно устать.

Понимая, что чувство голода, всё же, сильнее внутреннего раздражения, сел на диване и тихо заскулил. Болело всё – ноги, руки, даже косые мышцы живота и те казались деревянными.

Похоже, на тренировках меня обманули с тем, что работают все мышцы. Все мышцы работали и крепко офигевали от происходящего весь вчерашний день."

"Снова повернул голову на Гусыню, которая, глянув на меня, на секунду отвлеклась от натирания тарелки и ударила кончиками пальцев по рычажку чайника.

– Доброе утро, – бросила она меланхолично и продолжила пялиться в окно.

– Угу, – ответил на выдохе и потёр лицо. – Который час?

– Почти десять, – ответила она, не оборачиваясь.

Пришлось самому на нее посмотреть.

Почти десять, а она никуда не несется, ни на какую шишигу, трактор или ещё что-то в этом духе не прыгает? Заболела? Хотя, она и так не особо здоровая. Но стройная – точно. Её фигурка даже в простых шмотках выглядела зачетно.

Так, стоп! О чем это я?

Тряхнул головой.

Походу, когда бежал вчера с картофельного поля, где-то выронил мозг, раз голову стали занимать подобного рода мысли, да еще и про Гусыню.

Ощущая себя дедом, поднялся с дивана. С твердым намерением сходить для начала в туалет двинулся в сторону выхода, но оказался задержан.

– Лицо для начала помой.

У нас гости.

– Какие гости? – не понял я.

– Обычные. Местные гости, – вздохнула Гусыня и указала на зеркало на комоде. – Посмотрись. А-то соскучился, наверное.

Состроил ей рожицу и получил в ответ фальшивую, слишком сильно натянутую улыбку. Но к зеркалу, всё-таки, подошёл.

– Йоо! – протянул, стоило увидеть себя, с черными полосами вокруг рта. – Это ты сделала или батя твой? Типа, это смешно?

– Это, типа, кто-то ел вчера печеную картошку у костра за обе щеки как поросенок. Так что можешь расслабиться.