Затем принялся аккуратно скреплять две пластиковые детали, обматывая их в месте разлома. Оставалось надеяться, что в итоге получится достойно. Кот посмотрел на хозяина взглядом, от которого его «каменное» сердце, несомненно, должно было дрогнуть, но, ни скупой мужской слезы, ни причитающихся извинений, Вениамин так и не дождался.

— Вижу, вы отлично справляетесь, — потянула Наталья, входя в гостиную и замечая блестевшие осколки у одной из ножек кресла.

Видимо Михаил не заметил их, когда наводил порядок после устроенного вредным зверем погрома.

— Вениамин мне совершенно не помогает, — шутя, проворчал Громов.

Он нахмурился, когда увидел, что гостья наклонилась к креслу, поднимая битое разноцветное стекло:

— Осторожнее, не поранься. Думал, что всё собрал.

Золотая завеса волос скрыла лицо девушки, и Михаил задержал взгляд, любуясь их шёлковой гладью. Затем Наталья привычным движением руки перекинула длинные пряди на одно плечо, и улыбнулась ему, держа на раскрытой ладони сверкающие осколки.

— Я осторожно.

Девушка выровнялась и подошла ко второй небольшой коробке, в которую Михаил сбросил побитые негодником игрушки, и прочий мусор, остававшийся после ремонта ёлки.

Она отряхнула руки и присоединилась к хозяину дома, так же усаживаясь на тёплый пол. Мужчина поднял к ней взгляд, и улыбнулся краешком губ. На какое-то мгновение, пламя из камина отразилось в его глазах, играя яркими золотыми всполохами, и Наталья засмотрелась на него, как заворожённая.

Михаил продолжил мучить ёлку, а кот, которому вдруг совсем взгрустнулось, бросил свою игрушку и тихонько подобрался ближе к гостье, как бы совершенно случайно касаясь её своим хвостом, а затем и мягким боком.

Девушка проследила за его действиями краем глаз, боясь вспугнуть, но когда зверь прилёг рядом, то рискнула протянуть руку и погладить прекрасную шёрстку. Получая желаемое, Вениамин устроился удобнее, переворачиваясь и подставляя ласке свой царский живот.

— Ни капли совести… — вздохнул Громов, когда кот хитро поглядел на него своим янтарным взглядом.

— Я могу тебе чем-то помочь? — поинтересовалась девушка, чувствуя себя совсем бесполезной.

Ей так не терпелось приступить к украшению ёлки, что не могла усидеть спокойно на месте. Михаил сосредоточенно закрепил концы проволоки, и подёргал за края сломанных деталей, проверяя, не развалится ли его художество.

— Ты уже помогаешь, — усмехнулся мужчина и подмигнул ей, заставляя замереть на месте.

— Чем же? — спросила она."

"— Тем, что находишься рядом. А ещё отвлекаешь этого негодяя, — Громов кивнул в сторону своего пушистого товарища.