Через двадцать минут, ровно в десять, он был у своей галереи, у закрытого входа которой его ждал Георгий Петрович Сырцов, свежий, как огурчик, и элегантный, как рояль.

— Я не опоздал! — на всякий случай оправдался Горбатов, показывая Сырцову свои замечательные швейцарские часы. — Ровно десять. Здравствуйте, Георгий Петрович.

— Здравствуйте, Кирилл Евгеньевич. Я не в претензии, — успокоил его Сырцов.

— А что — закрыто? — удивился Горбатов, подергав бронзовую ручку.

— Вы же в одиннадцать открываетесь, — напомнил Сырцов.

— Но кто-то уже должен на месте быть, — раздраженно давя кнопку звонка, пояснил Кирилл.

— Две дамы уже прошли. Строго на меня так посмотрели. Видимо, решили, что я — потенциальный грабитель, и закрылись как можно тщательнее.

В дверном окошке появилось почтенное старушечье лицо.

— Открывайте, Марья Тихоновна! — крикнул Горбатов. Не «откройте», а «открывайте». Показал, что сердит. Мария Тихоновна пощелкала многими замками и открыла.

— Доброе утро, Кирилл Евгеньевич. А мы вас сегодня и не ждали. (Был вторник, когда, как все знали, хозяева галереи укрепляли спортом свое здоровье в бассейне или на корте.)

— Извините за невольную резкость, Мария Тихоновна, — устыдился своего раздражения Горбатов. — И доброе утро. Уже все на местах?

— Светлана давно в кабинете, а мы только что пришли, — доложила Мария Тихоновна и покосилась на Сырцова. Решив, что этот с хозяином, официально поздоровалась.

Они двинулись мимо Марьи Тихоновны, мимо вставшей у столика другой пожилой дамы, в одни ампирные двери, в другие ампирные двери."

"— А куда мы идем? — недоуменно спросил Сырцов.

— Как куда? — удивился в свою очередь Кирилл. — В Данин зал. Двойной портрет в красном вас ждет. Вы ведь за ним пришли?

Сырцов, наконец, вспомнил, что в свое время ему сделали царский подарок.

— Спасибо, еще раз спасибо, Кирилл Евгеньевич. Но я бы хотел поговорить…

— Поговорим, обязательно поговорим, — рассеянно бормотал Горбатов и вдруг крикнул: — Светлана!

В анфиладе мигом зазвучали бегущие каблучки. Светлана, замерев в лепных дверях, приветливо поздоровалась:

— Здравствуйте, Кирилл Евгеньевич, здравствуйте, Георгий Петрович.

— Вы знакомы с Георгием Петровичем? — заинтересовался Кирилл Евгеньевич. (Как ей не быть знакомой, коли вышеупомянутый Георгий Петрович навестил ее пару дней тому назад и ласково, но обстоятельно допросил.)

Сырцов, увидев растерянные Светланины глаза, поспешил на выручку:

— Я же вас дважды навещал, Кирилл Евгеньевич, и каждый раз общался с очаровательным вашим секретарем, — и доброжелательно поздоровался с девушкой.

— Света, мы в Данин зал, а вы, будьте добры, приготовьте все, чтобы упаковать картину размером метр двадцать на девяносто, — распорядился Горбатов.