Ох…

Карельский всё же отошёл от неё и, сев на диван, откинулся на спинку, вытянул ноги вперед и закинул руки за голову. Варя как раз обернулась и, увидев мужчину в такой позе, сглотнула. Хорошо, что она варит кофе. Правильно.

Меньше будет обращать внимание на мужчину.

Не до него сейчас…

Как он ловко и умело её раскусил! Просчитал мгновенно. Варя восхитилась. Редко сталкиваешься с тем, что собеседник настолько осведомлен. Более того, владеет информацией и обширной. Тут невольно задумаешься. И задумаешься серьезно, стоит ли вступать в дискуссию с таким оппонентом.

Кофемашина работала почти бесшумно. Варя скупо улыбнулась. Она тоже мечтала домой приобрести крутой аппарат, но, ввиду последних событий, мечта пока оставалась несбыточной.

Ничего, заработает. Обязательно.

– Кофе готов.

– Отлично.

Макар пружинисто поднялся и двинулся к ней навстречу. Варя же специально отвернулась, чтобы снова не попасть под его «самцовскую» ауру. Кто бы слышал её мысли! Ей о предстоящем разборе полетов стоит думать, а она о мужике. Зато как отвлекает!

– Спасибо.

Варя протянула чашку таким образом, чтобы их пальцы ни в коем случае не соприкоснулись.

– Сахар? Сливки?

– Нет, я черный.

– Как и я.

Их взгляды встретились, и у Вари всё же побежали мурашки по спине. С одной стороны, ей даже нравилась собственная реакция на Карельского. Почему бы и нет? С другой… Лучше просто пока об этом не думать.

Она осталась стоять с чашкой у кухонного гарнитура, повторив позицию Макара пятью минутами раньше. Мужчина же, поняв, что она не собирается отходить, вернулся к дивану и сделал глоток.

– О, вкусно. У тебя замечательно получается.

– Вот и славно. Погоните из «Эллады», приду к вам работать баристой.

– Я обдумаю это предложение.

Они пили кофе молча. Выжидающе. Бросали друг на друга взгляды, но предпочитали пока молчать.

– Итак, Варвара, нам с тобой осталось выяснить, зачем тебе понадобились деньги, что ты решила пойти на разводилово, выражаясь жаргонным языком.

Ну, вот и всё.

Перемирие закончилось, белый флаг убран.

– Макар, я не хочу это обсуждать.

– Придется.

– И я ненавижу, когда на меня давят.

– Девочка, поверь, на тебя ещё никто давить и не начинал.

Варя демонстративно медленно задрала брови кверху, стараясь не обращать внимания на разволновавшееся сердце.

Когда стояла на дороге, мило улыбаясь мужчинам, что остановились вроде бы как помочь, а почти все, да что все, девять из десяти осматривали девушку с головы до ног, уже мысленно представляя, как будут её иметь за несчастные три-пять тысяч, что одолжили, она оставалась совершенно спокойной. Периодически возникало желание отвесить хук кому-то или врезать между ног, а в остальном Варя вела себя едва ли не равнодушно.