Как там говорят? Пусть в неё кинет камень тот, кто ни разу не согрешил. Да и согрешить с таким, как Карельский, будет наверняка приятно физически. Возможно, ей даже понравится.

А потом приедет домой и проревется, закрывшись в ванной. Она не гордая, потерпит. Зато будет работа, в которой она очень нуждалась. «Эллада» – крутой фитнес-центр, и у неё будет возможность проявить себя. Через пару месяцев, может, перейти на вариант работы персонального тренера, где и оплата другая.

Деньги… деньги… чертовы деньги!

Варя выдохнула и выбрала арабику.

Четыре месяца назад их отлаженная счастливая жизнь рухнула. Да, у каждого были какие-то заморочки, свои тараканы в голове, проблемы. Многие решались за семейным советом.

Но главное – у них были родители.

И счет в банке. Два миллиона. Кому-то на обучение, кому-то первоначальный взнос на ипотеку. Кому-то на лечение. Марк, Митя, она – каждый из них готов был, не задумываясь, отдать свою долю другому. Когда Митя поступал, они с Марком решили и сообщили об этом родителям – надо будет дать взятку, они готовы отдать деньги. Родители молча приняли их решение. У них так было заведено: дети – неотъемлемая часть семейного совета, и их решения имели такой же вес, как и у родителей.

Деньги для поступления Мити не понадобились. Он у них молодец.

Зато деньги понадобились на другое.

Сначала на похороны.

Потом – откуп шантажисту.

При мысли о том, что они отдали всё, что заработали родители и частично они, злость накрыла Варвару. Показывать её она никому не собиралась. Работа баристы научила её не только делать хороший кофе.

Кофеварка у Карельского была что надо. Навороченная и многофункциональная. Поэтому Варвара, всё так же радуясь в душе минутному затишью, сохраняя видимость спокойствия и чувствуя спиной взгляд Макара, от которого по всей коже вставали волоски, засыпала кофе.

– Где можно взять чашки?

– Тут.

Мужчина подошёл к ней ближе, чем следовало. Встал сбоку, едва касаясь части спины и плеча, потянулся и открыл ещё один шкаф.

Варвара мысленно усмехнулась.

Всё-таки он её клеит. Самым бессовестным и беспринципным образом."

"Ей это, черт возьми, почему-то нравится. Где привычная злость? Негодование? Мужчина пригласил её в дом и фактически прижимается пахом к её заднице. Хорошо-хорошо, не прижимается и никак не к заднице, потому что разница в росте сказывается.

И всё же… Всё же…

Варю окатило жаром. Это её собственная реакция, или жар ей передался от Карельского? Вот же… соблазнитель чертов! Сначала, значит, по душам поговорить, а потом в койку затащить? Так, Варя, а ну-ка, не кипешить. Всё по порядку.

Что она не могла проигнорировать, так легкий дискомфорт в трусиках. Была бы она дома, приласкала бы себя.