Не поднимая головы, повернула ее и обозрела появившееся в поле зрение авто. На огромную, абсолютно пустую стоянку перед мойкой заезжала машина. Чистенькая, блестящая. Черненькая.

Моя.

Какого хрена, собственно?!

Любимый малыш остановился. Открылась водительская дверца и из салона выбрался… ну, не совсем любимый, и далеко не малыш, но что-то очень похожее. Особенно когда он чарующе улыбнулся, передвинув солнцезащитные очки на лоб, и показательно выставил на низкую крышу высокий кофейный стакан с трубочкой.

В боксе скрипнула открываемая дверь.

— Гасите свет надежды, суслики, — скидывая ноги с лавочки, мстительно и радостно воскликнула в адрес выглядывающих из своей комнаты мойщиков.

 — Это ко мне!

Обняв руками зябнувшие в одной тоненькой серой футболке плечи, пошаркала кедами по парковке и, чуть-чуть не дойдя, насмешливо протянула:

— А я-то гадала, куда мои ключи от машины делись! Скажешь, что случайно нашел — убью.

— Случайно, — невинно улыбнулся Богдан, у которого на лице было написано, что он врет. Причем нагло! — На сидении, после твоего ухода.

— Мог бы завтра в универе отдать, — фыркнула я и, не выдержав, улыбнулась.

 — Но спасибо. Перспектива переться после работы на автобусе меня наводила на мысли о тихом, скромном самоубийстве и помпезных поминках.

— А прогулять и отоспаться не думала? — протягивая мне стакан, поинтересовался блондин, опираясь на открытую дверцу моей горячо любимой бибики. — Выглядишь как оживший труп.

— Взятка должностному лицу? — подозрительно прищурилась, но кофе взяла, узрев фирменный стакан той самой кофейни, про которую рассказывала. Вот же… заботливая зараза! А кофеек-то еще горячий… — Не шути так.

Я целый день открещиваюсь от гадких мыслей не явиться завтра на статистику. Пока успешно, но борьба еще продолжается. Я итак все самое интересное пропустила с этой болезнью, а еще и работа. Преподы меня скоро на ленточки покоцают и коврик под порог учительской забацают.

— Все так плохо? — вскинул брови Богдан, пристраивая подбородок на пальцах. — Могу помочь."

"— Вот этого еще не хватало, — скривилась, поеживаясь от холода. Сентябрьское солнышко еще пригревало, но прохладный ветерок все старания небесного светила упорно сводил на нет.

 — Пропуски закрою, долги сдам. Первый раз, что ли?

Никак не отреагировав на мои слова, Полонский стянул с себя джинсовку и накинул ее на мои плечи. Я улыбнулась, согревая озябшие ладошки о горячий стакан. Мне, правда, вдруг как-то тепло-тепло на душе стало.

Приятно, когда о тебе так заботятся. Хотя и не понятно, из каких целей.

— Спасибо.

— Не за что, — заглушив двигатель, парень вытащил ключи и положил их на крышу. Оперся на закрытую дверцу, закурил и только тогда поинтересовался.