Он улетел больше недели назад и последние несколько дней мои сообщения остаются непрочитанными. Звонить не рискую, опасаясь, что Марк Захарович уже в больнице и, возможно, ему сейчас здоровье важнее, чем дела.

Не первый раз жужжит телефон в кармане пиджака и, достав аппарат, на экране наблюдаю «Женя. Пасьён». Управляющая вторым отелем Кретова звонит не часто и всегда по делу.

‒ Жень, привет! Что за срочность? Несколько пропущенных, ‒ вхожу в кабинет, прикрыв дверь, чтобы говорить открыто.

‒ Лана, ты в курсе, что Кретов умер? ‒ каждое слово останавливает дыхание. Какой‒то бред…

‒ Умер? Жень, ты шутишь? Если да, шутка дерьмо.

‒ Не шучу, ‒ по голосу понимаю, что Женька говорит на полном серьёзе. ‒ Неделю назад.

‒ Неделю? ‒ опускаюсь в рабочее кресло, совершенно не воспринимая, как такое произошло и почему мы не в курсе. Вот почему мои сообщения остались без ответа, но каждое было доставлено, значит, всё же телефон Кретова работал. ‒ Никто не сказал, не оповестил, даже на похороны не позвали… ‒ я бы хотела с ним попрощаться, как с небезразличным мне человеком.

‒ А не было похорон. Умер в клинике Испании. Острый инфаркт миокарда. Тело кремировали и ссыпали в вазочку, которую забрала Елена Александровна. Всё. Она ещё не решила, где упокоится её муж.

‒ А ты откуда знаешь? ‒ подскакиваю, прохаживаясь по кабинету.

‒ Лана, нас сегодня продали…"

"‒ В смысле ‒ продали? Насколько я поняла, он умер неделю назад, до вступления в наследство, как минимум полгода.

‒ «Пасьён» и «Сентименто» являются собственностью жены Кретова. Он переоформил документы пару лет назад. Имеет полное право, как владелец. Мы ничего не знали. Покупатель был найден заранее, сегодня совершили сделку, для чего Елена прилетела из Испании на сутки в Россию. Она не желает заниматься отелями и вообще оставаться в Москве. В её планах перебраться к дочери за границу, чтобы справиться с утратой мужа.

Обалдеть! И недели не прошло, а она уже продаёт всё, что так дорого было её мужу. Он строил свой бизнес пару десятков лет и всё для того, что Елена избавилась от его детища, как от ненужного хлама.

‒ Кто купил?

‒ Нам повезло, ‒ выдыхает Женя. ‒ Нас купила женщина, у которой уже есть свой отель. Тётка серьёзная и рациональная. Внесла, конечно же, уже некоторые коррективы в нашу работу, но по мелочи. В основном же, особо ничего не изменилось. Все остались на своих местах, а я на должности управляющего. Возможно, в дальнейшем нас ждёт более масштабная реорганизация, но пока мы довольны. А вот «Сентименто» не повезло…

‒ В каком смысле?

‒ Во всех, Лана. Какой-то папик купил игрушку для молоденькой девчонки, ни хера не понимающей, что из себя представляет гостиничный бизнес. Понтов, как до Луны и обратно, а в голове серого вещества размером с фундук.