А тут…

Веду рукой по лицу.

Точно! Побриться надо.

— Я в душ!

Ой, Танго… — скептически смотрю на себя в зеркало. Ну вот зачем это всё. Ну даже если вдруг… Ты с ней что ночью будешь делать? Стихи читать, песни петь?

Ну что — я уж и пообщаться с женщиной теперь не могу? — злюсь на себя, плавая из одного состояния в другое.

Я один, она одна. Никто никого не соблазняет и ни на что не рассчитывает.

Могу короче! — решаю я для себя этот вопрос.

С трудом и психами натягиваю на влажную кожу одежду — шорты и спортивную футболку без рукавов.

Упираясь пятками в пол, пытаюсь почувствовать силу в ногах. И немного привстать.

Господи… Как это все ущербно.

Завтра же, клянусь, начну тренировки! Надо хотя бы попытаться.

Подтягиваю к себе кресло. Пересаживаюсь.

Выезжаю из ванной. Хорошо что в свое время сделал ее максимально большой.

На столе стоит ваза с хворостом, электросамовар.

— Дим, к тебе, что ль? — глядя из окна, вытирает руки об фартук тетушка.

— Да. Это моя гостья. Соседка наша новая. Татьяна.

— Я побегу, у меня дел дома… — скидывая поспешно фартук, сбегает тетя Валя.

Смеюсь, качая головой. Все женить меня хочет. Внуки, все дела. Для нее каждая симпатичная женщина — потенциальная невеста. Киру она в глаза не видела, но не одобряет. Потому что… Да в целом, по той же самой причине, что и друзья.

— Проходи…

Забираю гитару с ее места за игровым столиком.

— Вау! — принюхивается она. — Я знаю этот запах!

Стягивает ещё горячий хворост.

И божественно мурлыкая и закатывая глаза, хрустит, подставляя руку, чтобы не крошить.

— Вы, Дмитрий, допрыгаетесь, я за вас замуж выйду! — шутит она. — Разве можно женщину так соблазнять? То в нарды проиграешь, то букет, то хворост! Я же не железная. С огнем играешь! Да-да… — жуёт, облизываясь.

Ухмыляясь, играю перебором ее ""Кошку"", которую она напевала сегодня.

— ""Хотя бы немного молока, и можно быть сильной, а можно быть слабо-о-ой!"" — подхватывает.

Татико любила мамин хворост с молоком.

Рука моя замирает.

Сглатываю ком в горле. Не может быть этого! — открыв рот, снова разглядываю ее.

Ну нет… Не может! Или?..

— Я запачкалась? — дёргает настороженно бровью.

Хворост весь в сахарной пудре, и она действительно устряпалась. Но дело то не в этом.

В лицо мне бьёт горячей волной и сердце ускоряется.

— Тати?..

Глава 7 — Друг

— Да, ладно… — падает у нее челюсть. — Нее… Не может быть!

— Может-может, — моргаю ей положительно.

— Митяй?!

Боже ты мой!

Истерично ржу, пытаясь отыскать в ее чертах хоть намек на Тати. Ну другой же человек.

— Я, да, — киваю ей.

— Ты где это тело взял?! — поднимает она брови, — в качалке спер?

— Там же, где и ты свое!

— Боже-Боже!! — рдея обмахивает руками лицо. — Предупреждать же надо! Я чуть не влюбилась!

— Ну иди, обнимемся, что ли? — распахиваю руки.