Лист весь изрисован. Там много посланий.

Тати и я держим ее за руки. Сверху надпись ""мама и папа"". Много ещё разных персонажей из ее новой реальности. Все подписаны. Есть даже Эльдар где-то с краю. Тетка ее учит, что надо прощать людей.

Тати рассматривает.

— А это что? — ведёт по рисунку пальцем.

— Это у тебя братик в животе. Ей снился сон, что у нее будет младший братик. Я обещал проработать этот вопрос, — усмехаюсь.

— А это? — показывает на непонятные каракули у себя над головой.

— Это ангел. Тетка у меня верующая. Вот научила ее маме ангела нарисовать. Мы тебя очень ждём…

— Так… Я сейчас рыдать буду. Эвакуируй меня.

За руку втягиваю ее на лестницу за шторой, а потом в какое-то подсобное помещение.

В углу свалены бордовые шторы. Рядом большая платформа на низких колесиках, на ней — бутылки шампанского.

— Отлично! Прекрасное место для порыдать, — усаживается на низкий стульчик-подставку.

Нога на ногу.

Красивые бедра сверкают в разрезе.

— Сигарету хочешь? — прикуриваю я.

Отрицательно качает головой, витой десертной ложечкой ест панна-котту. Тихо мурлыкая от удовольствия и шмыгая носом.

Сползаю спиной по стене вниз к ее ногам.

Рисую восьмёрки на коленке.

— Похудел, — гладит меня по лицу.

— Прости меня…

— За что?

— За то, что ты там.

— Так безопаснее для всех.

— И все равно…

— Нет. Не хочу, чтобы ты принимал это на свой мужской счёт. Я когда первый раз сидела… Я сидела преданная, в ужасе, в ощущении полной беззащитности и одиночества. Сейчас — нет. Сейчас я чувствую тыл — тебя, и крышу, которую тоже дал мне ты. Это просто переждать, перетерпеть, с уверенностью, что никто не посмеет мне навредить и устроить беспредел. Если я и страдаю, то только потому, что очень скучаю по Тико и тебе… И ещё вот, — взмахивает десертом. — Невкусно там.

И мне в рот ничего не лезет. Потому что знаю, что она там плохо питается. Потому и похудел, наверное.

Открываю одну бутылку шампанского. Делаю глоток из горла.

— М-м… — смотрю на этикетку. — ""Кристалл""… Нехило.

Протягиваю ей.

— Иди ко мне… — гашу сигарету в пустой бокал.

Щелкаю выключателем, гася свет.

— Будет ""вкусно""…

Стягиваю ее верхом на себя. Целуемся, задыхаясь от возбуждения.

Пьянею от вкуса Тати, смешанного с шампанским.

— А если нас спалят? — хихикает она.

— Извинимся! — рычу тихо, расстегивая ширинку. — Мы по-быстренькому… нам очень надо!

Вхожу в нее, смещая трусики в сторону.

Бедра дрожат, по телу судорожно бьёт разрядами.

Есть всё-таки свой кайф в воздержании! Я наконец-то полноценно чувствую свой член. Даже чересчур!

Наши горячие языки сплетаются, тела срываются, двигаясь на инстинктах. Несдержанно, дрожа, нихрена не правильно… Словно это у нас в первый раз, и мы тупо ещё не умеем ловить друг друга. Все очень быстро.