Принимаю стакан с холодной водой и, задержав дыхание, залпом его выпиваю. Становится полегче.

Надеюсь, поговорка «как год встретишь, так его и проведешь» не относится к учебному году? Иначе я вообще не знаю, чего еще ждать…

– С мужиком надо трахаться, а не трахать ему мозг, – забивает на мой отказ Антон.

– Это что, какой-нибудь статус из «ВКонтакте»? – вытираю губы ладонью.

– Это жизнь. Ты задолбила Санька своими Макаренковыми…

– Макаренко…

– Да по фиг, – вздыхает он, проверяя хлипкий узел на полотенце. – Ну сколько можно? Ты ведь красивая девка. Неужели больше поговорить не о чем? Поверь, я бы гораздо раньше тебе изменил. Саня еще долго держался.

– Вот я и говорю: он на тебя, Антон, насмотрелся. Это только ты мог такое придумать. Вообще ничего святого нет, только трахаться… Хоть бы у тебя там отсохло…

Огнев злится, защищая свое подрагивающее достоинство.

– Слушай, Фюрер…

– Я Файер, – сжимаю кулаки до боли. Искры из глаз. – Сколько можно издеваться над моей фамилией?

– Все время забываю. Прости, – хитро улыбается.

В темных глазах ни намека на извинения. Только издевка."

"– Нет. Ты специально, – настаиваю. – Не ври!..

– Я случайно. Говорю же…

Наши пререкания завершаются брякающими звуками из коридора, вслед за которыми слышен тонкий голосок Даши:

– Я пойду. У вас это надолго…

– Да твою ж мать… – закатывает глаза эмчеэсовец. – Стоять тут, Фюрер, – приказывает мне.

Пока он идет к двери, чтобы попытаться спасти сегодняшний секс, успеваю наконец-то разглядеть татуировку на бронзовой спине: со стороны сердца красиво изображен узорный навесной замок. Закрытый.

Интересно, а ключ-то где?..

– Это какой-то сюр, Антош, – доносится до моих ушей недовольный шепот. – Мы так не договаривались. Ты обещал романтик, классный секс… Я все дела отменила, на пары по экономике не пошла.

А вот это зря, дорогая моя!

Ученье – свет, а неученье – трахаться с такими взрослыми дяденьками, как Огнев. Еще и экономику пропустила, дуреха. Потом будешь ипотеки под восемнадцать процентов брать и в ладоши хлопать от радости.

Моя учительская жилка трепещет от негодования. Недовольно качаю головой, аккуратно расправляя складки на помявшемся за день платье.

– Я сам в шоке, – успокаивающе произносит Антон. – Все сейчас будет, малышка. Доверься мне.

Морщусь. Я бы ни ему, ни подрагивающему под полотенцем пожарному шлангу точно бы не доверяла.

– Нет, я все же пойду, Антош.

«Йес!» – сжимаю кулаки.

– Ну куда ты побежала? Подожди…

От хриплого сексуального голоса у меня самой мурашки по позвоночнику логарифмами разбегаются. Со мной Огнев никогда так, конечно, не разговаривал. В основном всегда отшучивался, ерничал или, наоборот, делал вид, что меня нет.