И вскоре предложил ещё варианты. Да так обставил, что каждый последующий лучше предыдущего. Соответственно и дороже. Поясок мне подобрал шикарный и туфли летние с носами — лодочками для полного образа.

После грубого льна я чуть не расплылся от кайфа, ощутив на коже китайский шёлк. Из него здесь всё самое дорогое. Но скупиться я был не намерен. Поэтому легко расстался с золотой монетой и пятью серебряными рублями. Набрал себе ещё рубах хлопковых и штаны повседневные. Всё мне в узелок тканевый ловко перевязали. Старое тряпьё им оставил, обещали сжечь.

— Какая ваша карета барин? — Спросил продавец. — Слуга отнесёт поклажу.

— Я дал всем выходной, — брякнул и сам подхватил.

— Вы так добры и рассудительны, ваше благородие, — продолжают облизывать торгаши, даже когда уже расплатился.

Ну а я плечи расправляю, подбородок выше поднимаю.

Дарья с другой стороны павильона застряла. Пошёл за ней, минуя двух дамочек в красивых платьях, которых рассмотрел только со спины. Заметил уже по шелесту платья, что одна даже обернулась.

Магичка с женщиной невзрачной стоит и платки с вышивкой красивой разглядывает, разложенные на столе. Глаза изумрудные горят, мается она что — то, выбирая из товаров средней паршивости.

На меня взглянула, опешила. Конечно, я ж преобразился! Красавчик хоть куда. Пусть пока ещё и щегловатый.

— Вот эти посмотри, — предлагаю ей шёлковые, как ни в чём не бывало.

— Да куда ей, — посмеивается продавщица с глазами восточными. — Такие серебро стоят, а Дарьюшка с копейками медными. Сколько ты мне уже должна, голубушка?

Дарья вышла из оцепенения не сразу.

— Да отдам всё, — заворчала. — Вот этот беру.

Копейки в ладошке пересчитывает неуклюже, подаёт.

— Двух недостаёт, голубушка, — посмеивается продавщица.

— А сколько она должна? — Интересуюсь.

— А тебе какое дело, барин? — Кривляется продавщица.

— Хамить вздумала барону? — Возмущаюсь на неё и смотрю пристально.

Похоже, здесь всех надо воспитывать.

— На три серебряных рубля наберётся, — отвечает сразу, хлопая перепуганными глазами.

— На, — бросил ей на платки четыре монеты и подружке: — выбирай шёлковый.

Дарья в шоке стоит, слова в горлышке, похоже, застряли.

— Какой ей понравился? — Спрашиваю продавщицу.

— Вот этот, ваше благородие, — показывает на шёлковый с зелёной и розовой вышивкой. — Ещё серебряник накинь только.

Покупаю ей платок. Дарья подарок приняла, но раскраснелась, как варёный рак.

— Я верну, честно, — пробурчала.

— Не надо, это за спасение тебе награда. От всего сердца, Дарья.

Заулыбалась. И тут вдруг подалась да в щёку меня чмокнула. Теперь жар к щекам подкатил у меня. И с чего так⁈ Я ж не школьник уже давно. А всё равно так тело реагирует.

Вышли на улицу.