"

"— Не спешите так, — выл носатый, постоянно спотыкаясь на ровном месте и шаркая своим тоненьким посохом.

Только я не говорил ни слова, осязая поднимающиеся с земли частицы остинок, которые тревожили мы. По ним вырисовывался мой воображаемый путь.

Дошли до спуска с лестницей уже из выложенных неровных камней. Снизу доносится шум воды и хреначит уже добротная вонь.

— Почему так воняет, почему, — передразнил носатый девушку.

— Канализация, — взвыла ученица, не обращая на него внимания.

— Можешь возвращаться, Мария, — усмехнулась графиня.

— Я заблужусь, — ещё больше заканючила.

Первым пошёл я, спустился в помещение с низким потолком метра под полтора, что пришлось пригибаться. Дальше канава, по которой и течёт тонкой струйкой дерьмо. И какое счастье, что мы по ней не движемся дальше. Пыль от сухого сена, которая осела на сочащихся от влаги стенах ведёт в похожую комнату напротив, где ход уводит вниз.

Перепрыгиваю. А все четверо у канавы встают.

— Ну и завёл же ты нас, — ворчит носатый, постукивая посохом по хлипкой стене из кирпича, который тут же и посыпался.

— Выыыы, тараканы, — ноет пышка, заметив парочку у воды.

Подаю руку невозмутимой графине.

— Я бы порекомендовала говорить тише, — произнесла та, взяла меня за руку и, приподняв мантию, перешагнула. — Благодарю.

Хват сильный, но кожа нежная. Успел уловить её взгляд в полумраке. Определённо мне импонируют инициативные и властные женщины. В прошлой жизни я бы назвал её милфой в самом соку.

Подал руку и девушке. Приняла с удовольствием.

— Эй? — Окликнул монгол, когда я не стал ухаживать за парнями, а поспешил дальше.

Даже лень этим соплякам что — то втолковывать.

В следующей комнате и на подъём лестница, и на спуск дыра. Но следов уже никаких, тут и обрываются.

— Что? — Настороженно шепчет графиня, заметив, что я замешкался.

— Подождите, ищу.

— Логично продолжить спуск, — выдал носатый.

— Помолчи, — бросила ему Морозова.

Вот именно, что логично. Но! Внизу в тоннеле не чувствую пыли. Ни одной частицы. Зато след от трёхпалой лапы могу разглядеть. И сразу в дрожь бросает. Что же это за тварь⁈

— Вон же следы, — соглашается и монгол, настаивая, что надо вниз.

Странно. Изучаю подъём. На верхней ступеньке что — то микроскопическое блеснуло! Есть!

Поднимаюсь наверх, затаив дыхание. Подсвечиваю своим огнивом новую комнатку, эта широкая, сухая. И витают пылинки! Но вдалеке. А это значит, что не мы их растревожили…

— Он был здесь недавно, — шепчу графине, которая буквально подпирает сзади.

Выходят за мной маги уже ощетинившиеся. Свет он голубых, зелёных и красных искр заиграли на стенах. Но обошлось.

Путь наверх здесь закрыт мощной решёткой с навесным замком.