И видимо, мне придется переступить через себя и отправиться на прием во дворец, чтобы осторожно прощупать настроение императора и, быть может, понять, чем их так заинтересовал Тимофей.

Посмотрев, как закрылась дверь за его дочерью, он устало откинулся на кресле. Расстегнув рукав рубашки, он посмотрел на черное пятно, расползающееся по руке. Рядом с ними вены почернели и пульсировали в такт сердцу. Осторожно дотронувшись до этой отметины, он, как и раньше, ничего не почувствовал.

Рука в этом месте будто онемела, периодически давая о себе знать вспышками боли. Попытки отрезать ее ни к чему не привели — она тут же отросла заново, а пятно увеличилось.

И потихоньку продолжило расти. Будь проклят Нижний Мир, в котором он подцепил заразу, разъедающую его тело!

— У нас еще есть время, мы должны успеть, -прошептал он, привычно закидывая в рот таблетки, чтобы снять боль. Эфир избавиться от нее не помогал, вот и приходилось пользоваться лекарствами для Пустых. — Иначе эта гадость вырвется на свободу и история повторится…

Где то, пока неизвестно где.

— Ты ошибся, Саладор, и твои действия едва не привели Тайную Канцелярию к нам! О чем ты только думал, отправляясь к нему один?!! —орал пожилой человек, закутанный в белый балахон.

Нижнюю половину его лица скрывала маска. На кровати перед ним лежал мужчина не намного моложе его, полностью обмотанный бинтами. Его руки, надежно привязанные к спинке кровати, постоянно дрожали.

— А я вам говорила, Мастер, чтобы вы отправили меня, а не этого неудачника, -влезла рядом стоящая девушка. Черный плащ, словно нежный любовник, льнул к её стройной фигуре, тесно обнимал её, демонстрируя всем окружающим, что ему доверено настоящее сокровище.

На голову девушки был накинут капюшон, под которым клубился серый туман, скрывающий лицо.

— Помолчи, Серена, у тебя еще будет шанс все исправить. Теперь к тебе — я отброшу все мысли о твоем своеволии и желании возвыситься, выполнив задание не так, как было приказано, а так, как захотелось тебе. Ты почти две недели провел без сознания и только сейчас пришел в себя, вот и ответь мне — что пошло не так? Как ты, сильнейший магистр ордена, мог проиграть в битве какому-то пустому?

— Да, как он мог так тебе врезать, что у тебя до сих пор руки дрожат, а глаза вытаращены, будто на них изнутри давят? -вновь вмешалась девушка.

— А еще блюешь постоянно. Фу, какой ты мерзкий!

— Серена, выйди! -рявкнул потерявший всякое терпение старик. — И пока не позову, не заходи.

Посмотрев вслед виляющей задницей подчиненной, которая будто нехотя отправилась на выход, он дождался, пока за ней захлопнется дверь, и обратился к лежащему:"

"— Говори! -лязгнул сталью его голос.

— М-м-магистр, я виноват. М-м-м-моя душа и т-т-тело в вашей власти, -с трудом выговаривая слова, проговорил тот.