Недолго думая, просто побежала по снегу к крыльцу соседского дома, благо не очень далеко наши участки. Нажала кнопку звонка, и вскоре дверь передо мной открылась.

Тамара Павловна, которая жила с нами по соседству эти годы, окинула меня беглым взглядом.

— Заходи, — отступила она вглубь просторного холла.

Я зашла и стала ещё больше дрожать от тепла дома. Успела замерзнуть даже за эти несколько минут.

— Дверь захлопнулась, простите… Можно я пока тут у вас…

— Я всё видела, — сказала женщина. — Кошку как раз выпускала, когда он тебя… Бедная ты, бедная… Сымай носки мокрые… Дам другие.

И пошли пить чай. Кабы не заболела теперь, горемычная.

Мне стало стыдно. Она видела нашу некрасивую сцену с Пашей… Принялась стаскивать промокшие насквозь и грязные носки, которые теперь только выкинуть осталось.

Тамара Павловна принесла мне тёплые вязаные следки, которые я с благодарностью приняла.

— Пошли в кухню. Согреем тебя.

Она повела меня за собой к барной стойке. Дом у соседки не такой большой и навороченный, какой был у нас с Пашей, но все равно уютный и просторный. Жаль только, что старушка одинокая. Лишь по праздникам взрослый сын привозит ей своих детей в гости.

Тамара включила электрический чайник.

— Ну, садись, бедовая, — кивнула она мне на стул, а сама осталась у буфета доставать чашки и накладывать в вазочку печенье. — Что у вас случилось-то? Изменила, что ли?

Такие вопросы с ходу… И я покраснела, опустив глаза. Старушка практически сразу угадала причину поведения Паши.

— Там… долгая история, — ответила я. — Вроде того.

— Ну, понятно тогда, — кивнула она. — Что ещё бы мужика так спровоцировало бы?

Я не ответила. Не знаю, может быть, и в самом деле это просто самое логичное, что пришло в голову при виде данной сцены, которая произошла у нас.

— А сам он ангел? — спросила вдруг Тамара. Я удивлённо подняла на нее глаза. Она словно знала всё заранее.

— В каком смысле?

— Сам не гулял?

— …гулял.

— Отож, — покачала она головой. — А тебя под задницу коленом. Сучок ещё трухлявый.

Она налила мне горячего чая и поставила рядом со мной. Я отпила несколько осторожных глотков, ощущая, как разливается внутри меня тепло, согревая успевшее озябнуть тело. Когда шок понемногу стал проходить, на меня навалилось бетонной плитой отчаяние.

И что мне теперь делать? Слёзы сами собой побежали по щекам снова… Выкинул меня, как ненужного пса, на снег умирать."

"— Я своего в один прекрасный день тоже выгнала, — сказала Тамара, усаживаясь за стол рядом со мной и придвигая мне вазочку с печеньем. — Угощайся.

— Да не хочется, спасибо, — вежливо отказалась я. Сейчас мне точно не до еды. Хорошо, что пить препарат я заканчиваю уже, иначе бы у меня крыша поехала опять, и уже окончательно.

— Тоже гулял? — спросила я, шмыгая носом.