— Воробушек… Ты спишь ВСЕГДА в нашей спальне! — он не говорил, цедил сквозь сжатые губы. — Я понятно выразился? Или мне полдома разнести к херам собачьим?

Мама с покрасневшими глазами подошла к нему. Парни напряглись. Им не хотелось думать, что отец может её обидеть. Но, опять же, он был пьяным и злым. Чертовски злым.

Она встала напротив отца.

Точно Воробушек… Дима с Ваней не раз в детстве посмеивались, когда слышали, как папа маму ласково называет. Смешные. Потом, уже став подростками, попробовали секс, отношения, и у них самих появились «лапоньки» и «киски».

Но тогда… В ту ночь ребят лихорадило не хило.

Мама, ничего не сказав, спокойно прошла мимо отца и, увидев сыновей, слабо улыбнулась:

— Быстро спать. Вам завтра с утра на тренировку.

Ага! Какая тут тренировка!

Отец их тоже заметил и покачал головой.

В ту ночь он спал в кабинете.

На следующую — тоже."

"Естественно, братьям никто не говорил о причине ссоре. В доме воцарилась тяжелейшая атмосфера. После занятий в лицее, посещений тренировок, они спешили домой. Им надо быть в доме! Попытаться примирить родителей. Вано даже как-то отметил, что отец не против, чтобы сыновья выступили миротворцами, чего раньше никогда не случалось.

Тщетно.

Мама не сдавалась.

Бойкот так бойкот.

Хорошо, что Нина находилась у Зиминых, она бы точно восприняла ссору родителей куда острее парней. С другой стороны, будь Нина дома, может, мать с отцом и не стали бы устраивать маленький апокалипсис?

На третий день, выходя из раздевалки, Вано тормознул Дмитрия.

— Слушай, Мить… А если родители разводиться надумают?

— Ты чего? — Дима уверенно покачал головой. Если бы его спросили, откуда в нем взялась подобная уверенность, он не нашелся бы, что ответить. — Они же бредят друг другом! Какой нахер развод? Ты знаешь нашего батю! Нашу маму! Он не отпустит её!

А у самого внутренности похолодели.

Вечером отец снова напился. И начал громить уже кабинет, в котором, считай, жил всю неделю.

— Мам… Помирись с папой, а? — Ваня подлизывающе заглянул в глаза матери. Та сидела у них в комнате и каждый раз, когда внизу раздавался грохот, вздрагивала и бледнела. — Вы же это… любите друг друга. Ну, прости ты его.

— Мам… Правда. Неделя уже. У Вано вот успеваемость снижается, — Дима прикусил язык, но было поздно, схлопотал от брата подзатыльник. — Подумайте о детях!

— Я о вас и думаю! — внезапно повысила голос мама, и братья сразу же притихли.

Значит, поссорились из-за них?

— Маааам…

Сначала она посмотрела на одного, потом на второго.

И пошла к отцу. Вниз.

Впервые Дима и Ваня слышали, как «мирятся» родители. Нет, стонов и криков, как в порнофильмах, не было. В основном почему-то продолжала падать мебель.

Через час всё затихло. Парни высунули любопытные носы.