Лишь слегка нахмурился.

Серые глаза блеснули опасным холодом, который она в порыве эмоций не заметила.

— Я знаю.

— Но… Черт! Дим… Я могу забеременеть и…

Она замолчала, потому что, наконец, увидела его глаза.

— И это я тоже знаю.

Повторно сказал Дмитрий Коваль.

И его слова прозвучали, как приговор.

Глава 12

— Ты как?

— В норме. Температура спала.

— Что кровь показала?

— Тоже всё ок.

Дмитрий откинулся на диван и завел руки за голову.

— Видео тормознул?

— Конечно. Будет желание, сам «клубничку» снимешь.

— Да пошёл ты…

— Позвони матери. Она мне сегодня только два раза звонила. Обещает тебе кары небесные.

— А батя что?

— Батя грозится и мне, и тебе башки открутить.

— Через это мы проходили. Маме позвоню.

— И пора возвращаться.

— Да. Пора…

— И ещё…

Дмитрию не понравилась пауза от Вано.

— Говори.

— Это по душу твоей Иры. Эй, не скалиться! Ни я, ни кто-либо на неё не претендует.

— Попробовали…

— Слушай, вот тебя кроет. Я думал… так, почти шалость, а ты реально.

Дмитрий сменил позу и подался вперед.

— Ты мне что-то хотел сказать.

— Телефон твоей Иры у меня. Я ему разрядиться не дал. Глянь. Думаю, тебе будет интересно.

— Давай.

Дмитрий взял телефон и положил рядом с собой на диван.

Хреново что-то.

И уже не самочувствие.

На душе паскудно."

"Идея нового развлечения возникла случайно. Развлечения в духе «миллионер без денег в чужом городе» — уже пройденный этап. Даже шоу снимали с периодичностью раз в пятилетку. Но каждый из участников знал, что стоит закапризничать, устроить скандал — и его вернут. Дмитрий изучал подобные мероприятия.

Лично для себя ничего интересного не увидел.

Проект с обнулением пришёл в процессе разработки нового препарата для боевиков Ивана.

Это было уже интереснее… Полностью лишить человека памяти и забросить его в незнакомое место. Как вариант — не только по России. Тут уже на вкус и на цвет, как говорится. Самого Дмитрия больше интересовали поведенческие инстинкты человека, и в какой-то момент он решил поучаствовать сам.

Почему бы и нет?

Он — разработчик. И обезопасил себя, насколько мог.

Первое воспоминание — это адская дезориентация. Намного хуже, чем после контузии. Последняя с ним тоже случалась. Но сравнить ощущения он мог только, когда память вернулась к нему.

И голод. Просто зверский. Было чувство, что не ел минимум неделю.

Ни имени, ни кто ты, ни где ты.

Это потом уже проснется адреналин. И жажда исследовать, узнать себя.

А до этого будет она.

Девушка с чарующим голосом. Которая с опаской отнеслась к Диме, но, между тем, помогла.

Если вернуться назад, Дмитрий и сам не ответил бы на вопрос, почему он в первый вечер знакомства пошёл её провожать.

Так надо было.

Его тянуло в ее сторону. Потребность находиться с ней рядом поражала.